Ура, быстро смываемся. Машем Сергеевне ручкой, она, думаю, против не будет после моего фокуса под названием “спрячься под столом”. И вообще нужно искать позитив, можно попробовать себя в чем-то новом, чем я не продавец консультант в женском бутике? Этакая мисс прилипало.
«Вам помочь? Нет? Обязательно позовите, если понадобится моя помощь? Что? Нет, я совсем не хожу за вами и не слежу, чтобы вы ничего не сперли. И да, эта кофточка будет смотреться на вас идеально”.
Меня аж передернуло от такой перспективы.
— А вас, Маргарита, я попрошу остаться, — сказал Александр.
Что б тебя…
— Александр Михайлович, Маргарита проходит стажировку и сегодняшний инцидент больше не повториться, — впряглась за меня Сергеевна.
Я аж ее зауважала.
— Я разве что-либо говорил о сегодняшнем инциденте? Я попросил остаться Маргариту, вас это совершенно не касается, — отрезал Александр Михайлович.
Упс… Какой злой дяденька…
— Извините, — побледнела Сергеевна.
Прошептав мне, что будет ждать в своем кабинете, вышла, оставив меня один на один с мужчинами, которые бросали на меня ой какие не хорошие взгляды.
Так и хочется сказать: «Фу, кака, глазами не поедать, руками не трогать и желательно вообще не дышать в мою сторону!».
Но я такая смелая, только в своих мыслях.
— Кто-то сегодня сбежал и даже не попрощался, — протянул француз, подкрадываясь ко мне с правой стороны.
— Да вы что? — сглотнула, отступая влево, попадая в объятия синеглазого.
Окружили!
Сердце забилось часто — часто, грозясь вырваться из груди.
— Что вы делаете? — пискнула, когда брюнет, приобнял меня со спины и положил свою ладонь на живот.
— А ты разве не догадываешься? — жаркое дыхание опалило ухо.
У меня мурашки по коже побежали.
— Вчера мы тебя еще жалели, но сегодня… — сказал Адриан, медленно притронувшись пальцами к моим губам, слегка приоткрыл рот, который и так норовил открыться от охреневшего состояние, спустился ниже…
— Что сегодня? — сглотнула.
— Никакой жалости и никаких разговоров, — нахмурившись, ответил Адриан, расстегнув первую пуговицу на блузке.
— Стоп! — попыталась возмутиться, как Адриан впился в мои губы страстным поцелуем.
Желание «вмазать по яйцам» резко пропало, кто-то просто отлично умеет целоваться, а уж я со своим скромным опытом вообще поплыла.
Александр тем временем целовал мою шею, сжимал грудь, тем самым провоцируя легкое покалывания внизу живота. Еще кто-то смелый, пытался приподнять юбку…
Боже мой, что я творю?
— Я так не могу, — судорожно прошептала, стоило Адриану оторваться от моих губ.
— Где-то я уже это слышал, посмотрим, что ты скажешь сейчас, — хрипло сказал мужчина, опускаясь передо мной на колени.
Если кто-то меня сейчас спросит, какого я все это позволяю и с интересом, да что таить, с предвкушением наблюдаю за действиями Адриана? У меня не будет ответа…
Мое тело сейчас этакая электростанция, которая искрит и вот, вот сгорит внизу…
— Боже мой, — прошептала, когда этот извращенец закинул одну из моих ног к себе на плечо и…
Он… Оу… А-а-а…
Мои ноги задрожали, глаза закрылись, чтобы не видеть и не сгорать от стыда, а только чувствовать…
Александр тем временем справился с пуговицами блузки. Расстегнул бюстгальтер, чтобы тут же начать играть с грудью, сжимать и оттягивать соски, покусывать шею.
Это было настолько, настолько… Что из меня впервые вырвались настоящие стоны наслаждения. Волшебно и порочно.
От возбуждения кружилась голова, внизу уже не искрило, а полыхал настоящий пожар, разгорающийся еще больше от языка француза.
От этого сама лично прижималась сильнее к Александру, терлась об него и сама же изогнулась, чтобы поцеловать мужчину.
Казалось еще чуть-чуть и во мне совсем не останется никакого стыда, только оголенное острое желание…
Страстный поцелуй, руки на груди, язык внизу — все подводило, да что там подводило, толкало меня к краю пропасти…
Еще немного и …
Стоило мне натянуться, словно струна, как мужчины отстранились, как по команде. Я вся дрожала и совершенно не понимала, почему мужчины застегивают мою блузку, поправляют юбку.
Что происходит?
— Я… — выдохнула.
Возбужденные глаза мужчин вызывали еще больше вопросов.
Какого черта мы остановились? Я не помню, что было вчера, а судя по тому, что было сейчас, вчера был первоклассный секс и множество оргазмов. Так почему меня лишают возможности вспомнить? Это бесит и злит.