— Малыш, ты слишком сильно накручиваешь себя. Понимаешь, ты не разведешься, но мыслей будет становиться еще больше. Ты проблему не решаешь, а прячешься от нее. Да, будет страшно, мне вот страшно обрести любимую женщину и вновь ее потерять, но я же не заперся в квартире, чтобы не видеть других женщин. Можно сказать, смело иду к тому, чтобы влюбиться в одну обворожительную особу.
— Льстец, — улыбнулась.
— Хочешь, я поеду с тобой в ЗАГС, поддержу?
— Хочу, — сказала чуть тише.
— Давай сходим, когда тебе будет удобно, — мягко сказал Адриан.
— Нужно позвонить Васе, договориться, чтобы мы вместе пошли, — озадачилась.
— Завтра позвонишь, а сейчас нужно сфотографироваться, ведь ты приняла такое серьезное решение, ты умничка, — пару раз сфотографировав нас, Адриан успокоился и убрал телефон.
— Спасибо тебе за хорошее настроение, — приподняла голову и заглянула в карие глаза.
— Спасибо не принимаю, — улыбнулся Адриан.
— А что принимаешь?
— Только поцелуи, — сказал возле губ и поцеловал.
Так мягко, ласково, заставляя меня таять в его объятьях.
— Мой час давно закончился? — спросил блондин, пальцами лаская кожу на шее.
— Твой лимит продлен.
— Какой щедрый подарок, нужно его использовать с пользой, пошли-ка в аптеку.
— Зачем? — нахмурилась.
— Скоро узнаешь.
Серьезно не предполагала, что мы пошли за виагрой, так бы приготовилась, и брови на лоб не полезли от удивления. Хорошо, что Адриан моей реакции не видел.
— Виагра? — прочистила горло, когда мы вышли на улицу.
— Кошечка, разве ты не хочешь со мной уединиться? — приподнял бровь.
— Хочу, но как-то необычно, — улыбнулась.
— Когда только начались сбои, я эти таблетки горстями ел, — поморщился француз.
— А…
— Мы не будем это обсуждать!
Адриан выпил одну таблетку, запив ее водой.
— У нас есть сорок минут, чтобы доехать до квартиры. Вызовем такси?
— Можно и на автобусе, — взяла Адриана за руку.
Не знаю, за пару часов он стал каким-то родным. Наверное, глупо привязываться, но контролировать это довольно сложно.
Мы немного поспорили и все-таки поехали на автобусе. До района, где жили мужчины, оставалось остановки четыре, как Адриан соскочил с места и сказал, что мы выходим.
— Что случилось?
— Таблетка подействовала раньше, — карие глаза француза почернели от желания.
— Ох, и…?
— Пошли, — взяв меня за руку, Адриан направился к ближайшей девятиэтажке.
Адриан
— Удивительно, что нам открыли дверь, — сказала Марго, когда мы зашли в подъезд.
— Нам нужен лифт, — цежу сквозь зубы.
Кошка нервно хихикает, ровно до того момента пока мы не оказываемся в лифте. Прижимаю Марго к стене и жадно целую.
— Это так необычно, — шепчет мне в губы.
— У тебя еще ни разу не было в лифте? — приподнимаю малышку за попку и рычу, прижавшись членом к киске.
Марго тихо вздыхает и оплетает мою талию ногами.
— Нет.
Жму на "стоп".
— Тогда нам срочно нужно это исправить, — говорю и, сжимая зубы, отпускаю Маргошу.
— Тогда чего ты тянешь? Ты же…
— До дури тебя хочу, — прижимаюсь к кошке лбом, нежно захватываю в плен нижнюю губу. — Но хочу, чтобы первый раз тебе запомнился, каждая секунда отпечаталась в памяти.
Ласкаю тонкую шею подушечками пальцев, медленно спускаясь ниже, расстегиваю пуговицы на блузке. Одна, вторая, третья…
С шумом втягиваю воздух, рассматривая полупрозрачный бюстгальтер, и мне становится физически больно от того, что я до сих пор не в ней.
— De cul (сексуальная).
— Что ты сказал? — закусывает губу.
— Сними его, — приказываю.
Маргоша заводит за спину руки и через доли секунды бюстгальтер вместе с блузкой падают к ногам богини.
— О, да!
Сжимаю в ладонях упругую грудь, пощипываю соски.
— Ах! — вздыхает Марго, закидывая голову вверх.
Целую соблазнительные холмики, посасываю соски и спускаюсь с поцелуями ниже к пупку, обвожу его языком, стягиваю юбку вместе с трусиками по длинным ногам вниз.
— Закинь ножку на плечо, — прошу хрипло.
Маргоша послушно закидывает ногу, открывая вид на киску, истекающую соками. Языком раскрываю половые губы, собирая на кончике языка сок желания малышки.
Такая вкусная, сладкая…
Маргарита
Черт, они реально где-то учились этому?
Постанываю, сжимая волосы блондина, когда его язык со мной творит такое, что мозг плавится.
— Да, — хнычу, двигая бедрами навстречу трахающему меня языку.