— Мы с отцом только жить для себя начали, а теперь нам что, снова думать, куда бы тебя пристроить?
— Достаточно!
— Нет, дорогая, ты сейчас, как миленькая, меня выслушаешь! Родила на свою голову, — продолжала мама, и я, больше не задумываясь ни на секунду, отключилась.
Положив телефон на кровать, заметила, как дрожат руки.
Посидела, подышала глубоко, вроде как успокоилась. По крайне мере точно смогу поговорить с админом.
— Лариса, ты звонила? — набрала Сергеевну, если будет предлагать подменить кого-нибудь, буду отбиваться до конца.
— Привет, тебя начальство вызывает, сказали, чтобы к трем часам была у них в кабинете.
— Зачем? — закусила губу, мало ли, вдруг накосячила, и теперь они хотят меня уволить.
— Не знаю.
— Хорошо, я приду.
Отключилась и сразу же набрала Адриана.
Не ответил.
Набрала Сашу.
Не ответил.
Да что ж такое?
Помчалась в душ, буду я ждать до трех, как же, вот сейчас приведу себя в порядок и на работу.
Приняв душ, выбирала себе наряд, посоветоваться с подругой не могла, она была слишком поглощена разговором с Артемом на кухне.
Не придумав ничего лучше, надела платье, расчесала волосы, и помчалась на работу.
— Инна, скоро приду, — чмокнула подругу перед уходом.
В автобусе встретила Любочку, сначала понадеялась, что она меня не заметит, но как бы ни так. Заметила, еще и села рядом.
— Привет, — лучезарно улыбнулась.
Проигнорировала.
— Вася на работу устроился, представляешь, — продолжала Люба, словно на моем лице было не написано “отвали”.
— Молодец, — сказал сухо.
— А еще он решил закодироваться, — продолжала Любочка.
— Поздравляю.
— Я так рада, а еще мы решили продать квартиры и купить дом, — Любочка решила рассказать мне все новости.
— Мне совсем не интересно, что происходит у вас в жизни.
— Так уж и не интересно? — ехидно улыбнулась Люба.
Посмотрела насмешливо на Любу, и она, кажется, слегка смутилась.
Хорошо, что моя остановка была следующей, иначе я могла не сдержаться и наговорить гадостей.
В кинотеатре было на удивление пусто, на первом этаже шел ремонт, на втором даже контролеров не было видно, с третьего доносились мужские голоса.
— Где весь народ? — спросила у Сергеевны, когда зашла в кабинет.
— Начальство всех на десять дней распустило, а ты почему так рано?
— Всех?
— Кроме администраторов и охраны. Мы работаем в таком же режиме, — поморщилась Сергеевна.
— Понятно.
— Так почему ты так рано?
— Решила не тянуть, позвони, спроси, могу ли я зайти сейчас?
— Секунду.
Сергеевна позвонила боссам.
— Они тебя ждут, — сказала, положив трубку.
— Отлично, — развернулась и быстренько потопала к мужчинам.
Для приличия постучалась в дверь.
— Входите, — раздался голос Саши.
Зашла, и тут же была прижата к стене Адрианом.
— Кошка, — выдохнул он и смял мои губы в жарком поцелуе.
****
— Я соскучился.
— И я, — улыбнулась, тая от ласкового взгляда карих глаз.
— А по мне скучала? — раздался голос Саши.
Адриан, хмыкнув, неохотно отошел от меня, и я смогла увидеть Сашу. Он стоял возле стола, засунув руки в карман. Вроде ничего не обычного, но это только если не заглянуть в синие глаза, в которых плескалась обида.
— И по тебе, — улыбнулась, сократив, между нами, расстояние, обняла за шею.
— Точно? — прищурился, обнимая за талию.
— Точно, — потерлась носом его щетину и только потом нежно поцеловала.
— Сладкая, — выдохнул Саша, когда мы разомкнули уста.
— Еще какая сладкая, — сказал Адриан, прижимаясь к моей спине.
Ничуточки не смущаясь, прикрыла глаза от наслаждения. Мужчины не врали, что скучали, и сейчас активно это показывали поцелуями в губы, шею, плечо. Целовали все, до чего могли дотянуться, а их руки, казалось, ласкали одновременно каждый участок моего тела.
Когда милашество закончилось, и в кабинете можно было услышать только наше учащенное дыхание. Мужчины замерли, продолжая меня сжимать между своими телами. От ощущения твердости их желания, кружилась голова, и подкашивались ноги.
“Кому ты нужна?”
Ох, мамочка, хорошо, что ты не знаешь кому и как, а то бы с радостью повесила ярлык проститутки.
Блин, вспомнила, и стало немного грустно, главное не показать это мужчинам.
— Устала после смен? — спросил Саша, приподняв пальцами мой подбородок.
Синие глаза отражали озабоченность.
— С непривычки устала, — подтвердила его теорию, лучше так, чем про маму рассказывать.