— Да. Амбер сильна, но и ты тоже. — Заметив нежелание в чертах лица Тарин, Шайя добавила. — Я лишь прошу попробовать.
Тарин пригладила волосы.
— Не то чтобы я не хочу исцелять его… я боюсь, что не выйдет, и ты разочаруешься.
Шайя успокаивающе обняла Тарин.
— Ты меня никогда не разочаруешь. — Отстранившись, она посмотрела в глаза подруги. — Никогда, обещаю. Ты попробуешь? Пожалуйста?
Тяжело вздохнув, Тарин кивнула.
— Давай сначала вернемся домой. Затем я попробую.
— Спасибо. — Заметив приближающегося к ним Ника, на лице которого было раздражение, Шайя улыбнулась. Ее волчица практически расплавилась… как трогательно. Как только приблизился, Ник притянул к себе Шайю. — Ты выглядишь очень злым.
— Конечно, я злой. — Он указал на машину позади себя. — Мой дом на колесах набит волками, и следующие пять часов мне придется с этим мириться.
Доминик, Грета, Кэти, Амбер, Кент, Джесси, Брекен и Зандер решили, что им удобнее будет ехать в роскошном доме на колесах, чем в любой другой машине.
— Слава Богу, что для моего спокойствия есть ты. Тебе придется сидеть со мной, иначе я сорвусь.
— Как ты так долго был Альфой, раз не любишь скопления людей? — спросила Тарин, искренне изумляясь.
— Как я говорил Шайе, я убил прежнего Альфу стаи, но занять его место никто не захотел. Я поступил по справедливости. — Ник вновь посмотрел на Шайю.
— И теперь, когда я, наконец, избавился от той жизни, Деррен изо всех сил старается сформировать стаю. Ох, не думай, что я не заметил, что он именно это и делал, подчиняясь мне и заставляя так же поступать Джесси, Брекена и Зандера.
Шайя нежно провела ногтями по груди Ника, безуспешно пытаясь сдержать улыбку.
— В защиту Деррена скажу, что те парни и без него следят за тобой, как путеводной звездой.
На смешок Тарин, Ник рыкнул.
— Рад, что тебе это кажется забавным.
Проходящая мимо Грета, которая явно заметила настроение Ника к Тарин, успокаивающе похлопала его по руке.
— Не обращай внимания на Малютку Тима. — Она хмуро посмотрела на Тарин и ушла прочь.
Тарин фыркнула, следуя за старухой.
— По крайней мере, я не так стара, что срок моего свидетельства о рождении уже истек.
Шайя прыснула от смеха, и Ник присоединился к ней. Когда она резко прекратила смеяться, а улыбка померкла на ее губах, Ник проследил за ее взглядом и увидел Амбер, стоящую на другой стороне дворика. Она улыбнулась ему, но не успела скрыть презрение к Шайе, сверкавшее в глазах. От этого волк Ника зарычал.
Отведя взгляд от Амбер, Ник обхватил лицо Шайи.
— Что бы она ни сказала, что так тебя расстроило, плюнь. — Ник предпочел бы самому разобраться с Амбер, но знал, что в дела женщин — доминантных или покорных, людей или оборотней — должны быть вовлечены лишь женщины.
— Ты знал, что у пар доминант/покорный возникают проблемы с полной связью?
Ник тяжело выдохнул.
— Да, но у нас таких не будет.
К ее удивлению, он выглядел и говорил почти радостно.
— Откуда такая уверенность?
Он прижался лбом к ее и провел большим пальцем по метке, наслаждаясь трепетом Шайи.
— Если мы сможем пережить другие проблемы, то и это сможем.
Она предположила, что он прав, но не совсем была в этом уверена.
— И другие проблемы тоже переживем. Ты исцелишься.
— Ты не исцелился? — спросила Рони, которая их случайно подслушала.
Повернувшись к сестре, на лице которой была паника, Ник внутренне застонал. Но он не мог отослать сестру, слишком ее уважал, поэтому рассказал про головные боли и провалы в памяти.
— Как сказала Шайя, мы переживем и это.
Рони прижала руку ко лбу, в ее глазах стояли печаль и тревога.
— Господи, это ужасно.
Кэти, вероятно ощутив тревогу Рони, осторожно подошла к ним.
— Милая, что случилось? — Она пригладила волосы Рони. — Ты бледная. Все нормально?
— Ты должен ей рассказать, — обратилась Рони к Нику. — Она заслужила знать.
— Знать что? — спросила Амбер.
«Великолепно», подумал Ник. Глубоко вдохнув, он вновь рассказал о сложившейся ситуации.
— Ты не исцелился? — Амбер, ошеломленная и паникующая, повторила вопрос Рони. — Невозможно. Я ведь тебя исцелила. Исцелила.
— Не сработало, — мягко сказал Шайя. Сложно не быть мягкой с тем, кто так расстроен. — Когнитивная функция вновь деградирует.