Я: Мы в деле! Как насчёт ужина?
Брук: Двойное свидание? О да! Напиши мне, когда приедешь в город, и мы забронируем столик.
Я: Это не свидание, поэтому, пожалуйста, не говори этого при Маккенне.
Брук: Срань господня, ужин с Эм Джей из Crack Bikini. Реми мне не поверит.
Я: Почему?
Брук: Он всё время перед боем слушает их дерьмо!
Я: Ну, Маккенна уже признался в своей мужской влюблённости в Ремингтона и Тайсона в прошлом, так что, если Маккенна хочет с кем-то встречаться, он может встречаться с Реми.
Брук: Извини, мой мужчина занят:)
Я: Теперь ты такая собственническая сучка.
Брук: Ему это нравится! Итак, договорились. Увидимся вечером!
— Всё, мы идём, — говорю я Маккенне. — Но это не свидание.
Мы говорим о них по дороге в Джексонвилл. Вернув байк, Маккенна теперь ездит на «порше», а моё сиденье в нём настолько утоплено, что я с трудом вижу дорогу. Наверное, чересчур было ожидать от него моногамности в выборе автомобиля.
— А другая твоя подруга — Барби?
— Барби живёт с самым закоренелым грешником, которого она могла найти. И собирается за него замуж.
— И она нравится этому грешнику?
— Шутишь? Он души в ней не чает. И ради неё нарушил бы любую из десяти заповедей — чёрт возьми, я уверена, что он уже это сделал.
— Разве любой парень не поступил бы также ради своей девушки? Сделал всё возможное, чтобы убедиться, что она здорова и счастлива?
Смотрю на него в замешательстве. Потому что, алё? Когда-то я была его девушкой. И когда Маккенна уходил, он не мог быть настолько глуп, чтобы думать, что это сделает меня «здоровой и счастливой».
Если только он и впрямь не думал, что недостаточно хорош для тебя…
Эта мысль преследует меня всё время, пока он ищет место для парковки в квартале от ресторана, и тут мы замечаем стоящих неподалёку Реми и Брук. Первое, на что обращаешь внимание, — это, конечно же, он. Крупный и привлекательный, с мускулами, которые растягивают футболку на плечах и бицепсах, и с узкими бёдрами, обтянутыми низко сидящими джинсами. Его волосы торчат в разные стороны и взъерошены, как будто Брук только что запустила в них руки. Они увлечены разговором, она что-то говорит, а он с улыбкой кивает, пока его палец теребит её нижнюю губу.
— Эй! — кричу я.
Они поворачиваются, и Брук визжит:
— Пан!
Ремингтон, улыбаясь так, что на его щеках появляются ямочки, подходит к Маккенне.
— Будь я проклят.
— Ах, чтоб тебя! — говорит Маккенна в ответ, и пока мы обнимаемся с Брук, они обмениваются приветствиями, улыбаясь и крепко пожимая и тряся друг другу руки.
— Привет! Как жизнь?
— Привет! Как твоя жизнь? На гастролях с Crack Bikini?
— Да, знакомься, это Маккенна, — говорю я, отступив назад и махнув рукой в сторону Джонса. — Брук, Маккенна. Маккенна, Брук.
— Очень приятно познакомиться с тобой, Маккенна, — мило говорит Брук, но, даже пожимая протянутую руку Маккенны, она вкладывает свободную ладонь в руку Ремингтона, как бы подтверждая, что он для неё единственный.
Ремингтон опускает взгляд на её руку и загадочно улыбается. Он не производит на меня впечатления человека, который нуждается в постоянном заверении чувств, но то, как он сжимает её руку в каком-то безмолвном обмене мыслей, заставляет почувствовать внутри тепло.
Мы направляемся в стейк-хаус, и когда входим внутрь, ресторан подозрительно пуст.
— Личный помощник Ремингтона подумал, что если арендовать это место полностью, то мы сможем хорошо отдохнуть, — объясняет Брук.
— Чёрт, я уже получаю удовольствие, — говорит Маккенна, беря меня за руку.
У меня от его слов мурашки по коже, и из-за них появляется желание отдёрнуть руку, но вместо этого я ловлю себя на том, что хмурюсь и одновременно хочется смеяться.
— Я же говорила, это не свидание, — шепчу ему на ухо так, чтобы мог услышать только он.
Маккенна поворачивает голову и неожиданно дарит быстрый поцелуй в губы. Вот его губы на моих, посылают волну удовольствия, прокатившуюся по телу до кончиков пальцев, а в следующее мгновенье они исчезают.
— Я и в первый раз тебя услышал, — говорит он, улыбаясь и глядя на меня сверху вниз.