К тому же, маменька не раз выручала меня из крупных неприятностей.
Отец, работающий секретарём у генерала при знатном дворе, частенько настаивал на браках по договорённости, которые при дворе не редкость. И постоянно встречал сопротивление в лице матушки.
Конечно, можно попросить одну из служанок, а самой пойти заняться делами, но нет. Подхватив корзину, я всё же украдкой скользнула взглядом по платью, поспешив на выход.
Завтра вечером должен состояться крупный бал при дворе. Наша семья приглашена без возможности отказаться. Да и как можно? Там ведь будет столько богатых мужчин, что я точно кому-нибудь приглянусь.
Да и маменька, как только узнала об этой вести, на радостях села шить платье. Лично! А это большая редкость.
Маменька перестала признавать ручной труд ровно в тот момент, как из обедневшего рода перебралась в род отца, то есть целых двадцать лет назад.
Не то, чтобы ей так уж сильно хотелось выпнуть меня из отчего дома как можно быстрее, просто когда дочери благородных господ улетели из гнезда в возрасте восемнадцати, а твой птенец засиделся до двадцати, то это уже что-то да значит.
Как и было запрошено, прежде чем отправиться в город, заглянула в покои, переодевшись и ополоснувшись. Пахнуть цветами не стала, но уже что-то.
Посвежевшая и немного уставшая, выбежала во внутренний двор, где меня уже ждали. Двое крупных мужчин с недовольными лицами, в одном из которых чётко узнавался мой недавний оппонент.
Подошла ближе, усмехнувшись.
— Госпожа, — склонили головы.
— Уилл, — кивнула одному, — Себастьян, — теперь уже усмехнулась, — точно считаешь, что мне необходимо ваше сопровождение?
— Это приказ, госпожа, — спокойно парировал страж, — мы не можем с этим ничего поделать.
Пожала плечами, направившись к воротам.
Наше поместье располагалось на главной улице, поэтому до госпожи Эльдиты с лёгкой можно добраться за десять минут через главный рынок. До самого же рынка было минут пять неспешной ходьбы.
Несмотря на середину осени, днём в городе могла стоять немыслимая духота, заставляющая людей прятаться по домам, чтобы не получить солнечный удар.
В одной руке удерживая тонкую трость легкого зонтика, закрывающего от ярких лучей, а в другой корзину, приблизилась к рынку. Что ж, здесь как всегда кипела жизнь. Пусть не такая яркая, как бывало вечерами, но всё же.
С разных сторон слышались громкие разговоры и торги. Уверенно лавируя меж незнакомцев, не сворачивала с пути, хоть голова изредка и поворачивалась к тем или иным прилавкам.
Нос щекотал запах ярких специй.
И я, честно пропустив несколько торговцем, не выдержала, всё же решила подойти к очередному прилавку, на котором в небольших коробках расположились самые разнообразные травы.
Торговец уже что-то успешно объяснял другим покупателям, поэтому на меня пока внимания не обращал.
Нагнувшись, вдохнула полной грудью. Стражники держались на почтенном расстоянии. Не то, чтобы у них взыграло благородство или нечто подобное. Просто Себастьян, едва учуяв какие-либо яркие запахи, начинал чихать без возможности остановиться.
Желание что-то купить было сильно, но пустые карманы останавливали. Так что приходилось только тяжело вздыхать и мечтать.
Потравив немного душу, отвернулась. Чем быстрее доберусь до почтенной госпожи, тем быстрее освобожусь.
— Либо плати, либо проваливай!
— Я дал вам деньги.
— Эти паршивые монеты ничего не значат!
Обернулась, заприметив лавку с фруктами. Опять пройдоха Сэм пытается кого-то обмануть. Как не пройду мимо, так у него постоянно скандал на скандале. То кто-то что-то украл, то денег ему недодали.
Многие уже привыкли к такому положению дел и просто закрывали глаза на истерику и явные обманы.
Возможно, и мне следовало бы пройти мимо, только вот глаза зацепились за покупателя. Нечто в его внешности показалось странным. Чужеродным.
И пусть мужчина стоял спиной, я могла поклясться, что он не из наших земель. Слишком высок и плечист. Подавляюще огромен. Пройдоха Сэм дышал ему куда-то чуть ниже груди, но при этом хорохорился так, будто возвышался на добрую голову.
В груди проклёвывался росток любопытства.
— Опять кричишь, Сэм? — поинтересовалась елейным голосом, бесшумно подкравшись со стороны. — У Высших сил ты явно не в любимчиках ходишь, раз они постоянно подсовывают тебе всякую гадость.