Правда, количество культур, приживающихся в этом холоде, был крайне сужен. А закупка овощей и фруктов должна была обходиться северу в крупную сумму. По крайней мере, экзотических уж точно.
— Чем ты была занята вчера? — полюбопытствовал Северин, разорвав тишину.
Удивлённо взглянула на него, не совсем понимая, действительно ли ему это интересно или так, дань уважительным разговорам.
— Прогулялась по замку, — начала перечислять послушно, — познакомилась с вашей любовницей.
— Любовницей?
— Доротея, — подсказала. — Крайне симпатичная женщина, полагаю.
Северин с интересом поднял голову.
— Полагаете? — переспросил он учтиво.
— Сложно судить о северной красоте, когда я в ней ничего не смыслю, — пожала плечами, — у вас у всех принято иметь любовниц? Или это единичная привилегия?
— Брак — дело чести, мы не заводим любовниц.
А вот Северин моей иронии не уловил, хмурясь ещё сильнее.
— Мы с вами не в браке.
— Это временно.
Недовольно тряхнула распущенными волосами, собираясь что-то сказать, но так и не нашлась со словами. Мужчина же поднялся на ноги и, разлив чай по чашкам, присел обратно.
Слуг в зале не было. Это я заметила ещё вчера утром, когда мы пришли, то стол был накрыт, а в дальнейшем Северин ухаживал и за собой, и за мной самостоятельно.
Пододвинула к себе чашку, но пить не стала, наблюдая за легким паром, что поднимался над ней. Разговор не то, чтобы не вязался. Просто складывалось впечатление, словно не было месяца нашей поездки.
Тогда мне показалось, что мы неуловимо сблизились, открыли друг другу совершенно иные грани души, но в замке всё возвращалась в прежнее русло.
Я смотрела на Северина и ощущала жгучее биение сердце, отдающееся эхом вниз живота. Только кроме настороженности и необъяснимого волнения ничего не чувствовала.
Этот, с виду грубый и огромный мужчина, волновал не хуже дикого зверя. И если господа на юге в основном были улыбчивыми и болтливыми, то здесь всё скрывалось за маской серьёзности и дикого упрямства.
— Я нанял учителя, — обронил северянин под самый конец трапезы, — он ожидает тебя сразу после завтрака.
— Благодарю.
Не дожидаясь, пока мужчина закончит с едой и уйдёт, поднялась самостоятельно и, не оборачиваясь, покинула зал. На выходе почти привычно стояла Олисия, которая тут же склонила голову, а после попросила следовать за ней.
Вместе мы поднялись на второй этаж и зашли за третью дверь слева. Это оказалась достаточных размеров комната со шкафами с книгами, крепким дубовым столом, парой строгих кресел и шкурой на полу.
На одном из кресел расположился пожилой мужчина. У него было сморщенное лицо, болезненно-бледная кожа и полностью седые волосы, с одной стороны заплетенные в тугие косички.
Только вот глаза…
Голубые глаза смотрели живо и внимательно.
Олисия что-то пролепетала и прикрыла дверь, не решаясь уходить. Правда, я даже внимания на неё не обратила.
Не спеша завести разговор, северянин взялся за трость, которую я не сразу заметила. Он поднялся тяжело, почти полностью опираясь на левую ногу. И оказалось, что мы с ним одного роста.
— Значит, ты моя ученица, — заключил он, подходя ближе. — Что ж, моё имя Тобирон.
— Меня зовут…
— Нет, — трость грохнула об пол, — не ты, — сказал он мне, — ты, — и указал на служанку.
— Позвольте представить вам фес Софию.
— Что? — переспросил мужчина. — Я плохо тебя расслышал.
— Я говорю, что это фес София, невеста генер Северина!
Учитель поморщился и недовольно покачал головой.
— Ни к чему так кричать, я ещё не настолько стар, — он махнул сухонькой рукой, на которой четко прорисовывались все вены. — София, значит. Хорошо, ты свободна, — он ткнул концом трости в служанку, — ты можешь сесть, — это уже ко мне.
Невольно обернулась к Олисии, которую уже и след простыл. Кхм, как-то странно всё получалось. Но отступать было не в моих правилах, поэтому послушно опустилась в одно из кресел. Чуть погодя, мужчина сел напротив.
Дома я повидала многих учителей. Они часто сменяли друг друга, так как не могли совладать с моим буйным нравом и постоянным желанием ускользнуть на очередную дуэль.
И пусть сейчас буйство юности немного улеглось, я всё равно крайне настороженно относилась к старику напротив. Пусть он выглядел достаточно немощным, нечто подсказывало, что в нём ещё осталась душевная сила. И она была огромной.
— Значит, девчушка с юга, — заговорил он, спустя долгой минуты разглядывания, — расскажи как там, в вашем княжестве.
Не ожидав подобного, немного опешила.
— Что именно вы хотите узнать?