— Ты не готова об этом услышать, — упрямо продолжил гнуть он.
Ох, словно в стенку кричу.
Это начинает утомлять.
— Ты даже не попробовал, чтобы утверждать, — закатила глаза, для полной картины не хватало ещё ногой топнуть.
Мужчина задумался.
За спиной мирно горел камин. Весь разговор вёлся в моих палатах, из которых служанки осторожно выскользнули, стоило только нам войти внутрь.
За окном понемногу темнело, путешествие до дворца и обратно отняло целый день. И пусть я ничего толком не делала, усталость топила в пучине черных вод. Дорога утомляла, как и разговоры с местной аристократией.
Резко свалилось слишком многое. Некто охотился на эфес, если это правда, то я в опасности, как и остальные женщины. Несмотря на напускное спокойствие король и остальные генеры оказались обеспокоены подобным известием.
Зрело нечто страшное.
— Я расскажу тебе всё после полнолуния, — внезапно заговорил Северин, смотря поверх моего плеча. — До тех пор тебе стоит углубиться в учёбу и не забивать голову ненужным.
— И под ненужным ты подразумеваешь?..
— Ненужное, — сказал как само собой разумеющееся. — К тому же, не советую сегодня покидать комнаты. Ужин тебе принесут, подумай над ошибками и ложись спать. День выдался тяжёлым.
Раздав указания и не став ничего больше слушать, северянин стремительным шагом покинул палаты, напоследок аккуратно прикрыв дверь. Не выдержав, всё же топнула ногой, с силой сжав кулаки.
Ух, какой же он!
Чтобы хоть как-то выпустить пар заметалась по комнате, схватила пустую вазу со стола, замахнулась, но бросить так и не решилась. Нет, София, тебе ведь не пятнадцать, чтобы так себя вести.
Медленно выдохнула и осторожно поставила вазу обратно, сама присев на край кресла. Похоже, он просто надо мной издевался.
Честно ведь призналась, что понятия не имею, где именно допустила ошибку. На полднике старалась быть молчаливой, ни на кого не смотреть дольше пары секунд, да в целом вела себя примерно.
Разве что тот молодой мужчина с графином. Поставила локоть на коленку и подпёрла кулаком подбородок, уставившись в стол.
Реакция остальных на его предложение и мой ответ была, мягко говоря, странной. К тому же, после сам король сделал замечание. Тогда я немного замешкалась и не смогла извиниться, хотя позже, вспоминая произошедшее, так и не поняла, что было не так.
У них не принято передавать графины?
Или это связано с их содержимым?
Отчаянно застонала, запустив пальцы в волосы, с силой взлохматив. Высшие силы, но почему так сложно?! Зачем искать подтекст в любом действии, когда можно жить намного проще?
У нас, на юге, если ты за столом передал что-либо неизвестному человеку, то это лишь показывает твою доброжелательность. Всё. Даже если ты не ответишь на просьбу и не передашь, то это так же ни на что не повлияет.
Желание вновь вскочить стало невыносимым, зудя в кончиках пальцев, но стук в дверь отвлёк. Пришлось резко выпрямиться и пригладить волосы, чтобы выглядеть не столь взлохмаченной.
— Войдите.
В палаты зашли служанки во главе с Олисией. Как и сказал Северин, мне принесли ужин в комнату. Под напряжённый настрой посуду расставили на низком деревянном столе, а в чашку налили душистого чая.
Безучастно следила взглядом со стороны, хотя мыслями отсутствовала напрочь. Очнулась в тот момент, когда служанки поклонились и неспешно удалились.
— Фес София, — позвала Олисия. — Лир Тобирон желает составить вам компанию за ужином.
— Хорошо.
Олисия поклонилась и спешно убежала прочь. Впрочем, одна была недолго, так как дверь практически тут же открылась. Прихрамывая на одну ногу и звонко постукивая концом трости, в комнату вошёл старик.
В его седых волосах блестел оранжевый свет множества свечей, создавая впечатление, будто он сиял.
Мужчина неспешно прошёлся до противоположного кресла, тяжело опускаясь и отставляя трость в сторону. Признаться, смотреть на него оказалось неловко. Думаю, он уже в курсе всех моих ошибок. И пусть я сама не догадывалась об их наличии, думаю, ему всё сообщили.
— И что же ты упустила? — голос учителя отдавался хрипотцой и интересом, но злости или разочарования слышно не было.
Что ж, это немного успокаивало. Но рассказать всё равно не получалось, словно поперёк горла кость встала.