Меня то била крупная дрожь и хотелось сжаться в комочек, чтобы согреться, то одолевало неспокойное пламя, заставляя метаться в беспамятстве.
Однако в один миг всё это отступило, даря возможность вдохнуть полной грудью и сипло закашлять, распахнув глаза. Всё вокруг было залито белым цветом. Я ослепла? Провела ладонью по лицу, стараясь успокоиться и начать думать.
Немного привыкнув, поняла, что всё это просто яркий дневной свет заполонил комнату до отказа.
Неспешно села, оглядевшись. Знакомое убранство палаты дало неоднозначно понять, что нахожусь я в замке. Перед глазами мгновенно пролетели воспоминания обо всём произошедшем, только вот странно одно. Я прекрасно помнила, как летела верхом на виверне, но как спустилась с ней и дошла до сюда, совсем не припомнила.
Задумчиво хмыкнула, свесив ноги с кровати, зарывшись пальцами в мех дикого зверя. Какое-то время просто сидела, задумчиво уставившись в окно, пока рядом что-то с грохотом не разбилось, выводя из раздумий.
Обернулась к двери, увидев испуганную Олисию.
— Вы очнулись! — полузадушенно воскликнула служанка, переступая через осколки, словно тут же позабыв об их существовании. — Мы так переживали, места не находили, особенно генер Северин. Он так зол был, рвал и метал, то приходил к вам и сидел ночами напролёт, то куда-то уходил.
Недоумённо хлопала ресницами, наблюдая за её метаниями. Олисия явно была сама не своя, метаясь то к окну, то к шкафам, то обратно к двери.
— Вы так осунулись, о, созидающий дракон, за что на ваши плечи такое испытание? — служанка замерла на мгновение, патетичным жестом приложим ладони к груди, а после вновь начала метаться. — Нужно ведь сообщить генеру. Точно, генер так переживал.
От её трескотни начала раскалываться голова.
— Подожди, Олисия, — попросила спокойно, но поняла, что меня попросту не услышали. — Я приказываю остановиться!
Девушка встала как вкопанная, смотря на меня своими большими глазами. Такой прыти от меня явно не ожидали.
— Прикажи кому-нибудь позвать Северина и убрать осколки, — произнесла чуть тише, приложив пальцы к виску, — а сама, наконец, расскажи, о чем ты вообще говоришь. Ничего не понимаю.
— Вы не помните?
— Нет.
Глаза Олисии стали ещё больше и жалобнее, хотя, казалось бы, куда ещё. Впрочем, служанка шустро взяла себя в руки и, попросив немного подождать, скрылась за дверьми. Её приглушенный строгий голос раздался за стенкой, но я не стала прислушиваться.
Вскоре в палатах закипела работа, сама же Олисия вернулась обратно в спальню, застыв неподалёку от постели, словно что-то ожидала.
— Так, что произошло?
— Ах, вы прилетели на спине генера, но как только он приземлился, то тут же скатились на землю в беспамятстве. Генер мгновенно перевоплотился и подхватил вас на руки, не позволив никому притронуться, — спешно рассказывала девушка. — У вас была ужасная лихорадка, честное слово, ещё ни разу с таким не сталкивалась. Вы вся горели, хрипели и бредили, пришедший лекарь усомнился в… кхм.
— Говори.
— Усомнился в том, что вы её переживёте, к тому же у вас на теле было столько синяков и ссадин, ах! За что же нам всё это? — не так уверенно закончила Олисия. — Генер Северин лично ухаживал за вами и отлучался крайне редко. Знаете, он вас очень ценит и уважает, фес София. Не дам солгать, честно говорю, что видела.
— Дальше, пожалуйста.
— Вас отпаивали отварами, пускали кровь и обтирали настойками, на седьмой день жар удалось сбить.
— На седьмой? — услышанное не укладывалось в голове. — Сколько же я пробыла в беспамятстве?
— Почти десять дней, фес София.
Десять дней… нет, я и раньше болела. Маменька постоянно напоминала неприятный инцидент перед самым днём рождением, когда я подхватила лихорадку и оказалась настолько ослабленной, что мочилась под себя, не открывая глаз. Но то было в глубоком детстве.
Значит, мои необдуманные прогулки в ночной рубашке и пребывания в пещере сделали своё дело. Организм не выдержал такого напряжения.
О близкой смерти и вовсе вспоминать не хотелось. Слепая уверенность в том, что Северин мне всё припомнит, грела душу. Не в самом лучшем свете. Одно оставалось предельно ясным, до прихода супруга следовало привести себя в порядок.
После долгой болезни от тела несло смрадом, пропитавшим волосы насквозь.
Попыталась подняться на ноги, но колени подвели, бросив обратно на постель. Олисия было рванула на встречу, но я лишь махнула рукой, приказывая оставаться на месте. Мне не нужна помощь, всё в полном порядке.