— Я могу попытаться поговорить с генералом, возможно, он прислушается к моим словам и донесёт их до Князя, — папенька говорил не слишком уверенно. — Этого же можно как-то избежать?
Было крайне удивительно видеть своим рассудительным родителей, цепляющимися за какие-то непонятные надежды.
— Нет, от этого нельзя отказываться, — произнесла твёрдо, хотя внутри всё дрожало, — иначе можем испортить отношения севера к княжеству. Я поеду.
Отец твердо кивнул, положив ладонь на плечо.
— Ты сможешь за себя постоять.
— Конечно, — постаралась беззаботно улыбнулся, — папенька, неужели ты забыл, с какой лёгкостью я могу одолеть наших стражников?
В ответ получила не слишком уверенную улыбку и одобрение в глазах. В отличие от матушки отец поддерживал моё рвение к фехтованию. Изредко мы сражались друг против друга, ну-у, в те моменты, когда старая рана его не беспокоила.
Остаток времени будто прошёл мимо меня. Я разговаривала с родителями, старалась подбодрить, ответственно заверяла, что с таким воспитанием нигде не пропаду и обязательно буду писать письма.
И если папенька немного расслабился и даже начал улыбаться, то матушка смотрела блестящими от слёз глазами и лишь сильнее сжимала ладонь.
К назначенному часу мы вышли из терема во внутренний двор, где стояло несколько повозок, запряжённых мощными лошадьми. В холке они были на добрые три головы меня выше, покрытые густой шерстью и с ногами в обхвате как четыре мои руки.
Подле них стояли северяне о чём-то переговариваясь, но стоило мне показаться, как тут же замолкли и подняли головы.
Все они были как на подбор: высокие, плечистые и светловолосые. Северин сделал несколько шагов навстречу, приветственно кивнув родителям.
— Где твои вещи? — осведомился он.
— Мой дом далеко отсюда, — сказала уклончиво, — вещей с собой нет.
Мужчина нахмурился и с некой заминкой сообщил:
— Так даже лучше. Пойдём.
Наверное, глубоко в душе я плохо понимала, на что именно шла. Развернувшись, крепко обняла вначале отца, после мать, продолжая улыбаться и шептать им слова поддержки.
Засуетившись, матушка сняла с пальца кольцо, протянув мне. Совсем простенькое с неизвестными вырезанными символами. Сколько себя помню, она всегда его носила, не снимая.
— Это от моей матери, твоей бабки, — пояснила маменька, — пусть оно защитит тебя.
— Спасибо.
Кольцо село как влитое.
С трудом отойдя от родителей, заприметила Князя, который широким шагом и вежливой улыбкой приближался к нам. Только его здесь не хватало. Невзирая на чужие взгляды, мужчина порывисто меня обнял, поцеловав в лоб.
Тело словно окаменело.
Это что такое было?
Не ожидав столь яркого прощания, я аж позабыла обо всех правилах приличия, ошарашенно хлопая ресницами и взирая на него с диким непониманием. Впрочем, Князя это явно не смутило.
— Госпожа Де Вилье, вы так юны и прекрасны, — отвесил комплимент, — надеюсь, и на чужих землях вы будете вести себя достойно, чтобы не посрамить честь нашего прекрасного княжества.
— Благодарю за оказанное доверие, — процедила сквозь зубы, улыбнувшись.
— Не стоит, — отмахнулся Князь, — главное, помните, что всё сделано к лучшему. Высшие Силы даровали вам судьбу на северных землях, не следует упускать такой шанс. Удачи, госпожа.
На последок взглянула на родителей, прежде чем развернуться и подойти к Северину. Тот поднял руку, с явным намерением положить ладонь на плечо, но я шустро отшатнулась, не позволяя этого сделать.
Вместе мы подошли к одной из повозок, покрытую сверху плотной тканью. Оперевшись о протянутую ладонь, запрыгнула внутрь. Ткань вернулась на место, погружая повозку в полумрак.
Послышались голоса, но вскоре всё стихло, и всё пришло в движение. Привалившись спиной к стене, ударилась затылком о деревянную часть, прикрыв глаза.
Я действительно уезжаю?
Не верится как-то.
Какое-то время старалась не думать о происходящем, сохраняя спокойствие, но чем дальше мы отъезжали, тем сильнее болело в груди. Не выдержав, приблизилась к окну, отодвинув ткань в сторону.
Мимо неспешно протекали знакомые пейзажи. Столица вскоре сменилась степями с редкими проблесками. И я никогда не увижу это? Больше не приду домой и не поговорю с матушкой, не будет уроков фехтования с отцом.
Влага холодила кожу.
Изумленно прикоснувшись кончиками пальцев к щеке, поняла, что плачу. Слезы непроизвольно стекали вниз, не в силах остановиться. Нет, прекрати, хватит.