Грамматик с презрением огляделся по сторонам.
– Христос распятый, юноша, и это вся твоя память?
Мортирмир пожал плечами.
В эфире от грамматика пахло вереском – приятный запах. И его присутствие было вполне материальным.
Он подошел к песочному столу, который Мортирмир мысленно создал по соседству с доской, и просмотрел записи. А также изучил его расчеты.
– Ага, – произнес он. – Вот это ближе к делу. Площадь поверхности ипподрома?
Мортирмир с энтузиазмом сказал:
– Я взял это из учебника геометрии.
Грамматик наградил его улыбкой.
– В таком случае, юный сэр, вы меня превзошли. Я всегда намереваюсь планировать, но в итоге действую наугад. – Он провел тонкой серебряной палочкой по строчкам самого заклинания, еще не заряженного. – Вижу две вещи, которые я сделал бы иначе, – сказал он. – Но ошибок как таковых не усматриваю. Так что разрешаю тебе продолжать.
– Мне, сэр?
Мортирмир приготовил заклинание в качестве упражнения и только потому, что ему так велели. Для зарядки он собирался обратиться к мастеру. Так всегда поступали студенты.
– Тебе. Нам машет адмирал. Пойдем взглянем, молодой человек.
Они вернулись в реальность, на ровный песчаный пол, и посмотрели вверх.
Мортирмир закрыл глаза и воззвал к своему рабочему месту. Четыре сломанные колонны торчали напоминанием о его неудачах, но он не последовал за этим образом. Он призвал силу – сделал лучшее, что теперь умел, и, наполненный ею, начал заряжать первый комплект своей дипломной работы.
– Ага, – проронил рядом грамматик.
– Посмотрите на это! – крикнул моряк.
Морган не стал отвлекаться и провел пальцами по второй части заклинания, после чего осторожно излил свою силу – парусина была хрупка, и он мог ее спалить.
Ткань впитала герметическую энергию, как краску. Золотистый солнечный свет разбежался от центра к краям, и каждый фрагмент чуть колыхнулся, наполняясь. Передний фронт заклинания, творимого юношей, обозначился искрящейся линией.
– Люблю эту часть, – крикнул моряк.
С соседней опоры рассмеялся его товарищ, и его смех разнесся неискренним эхом.
Первое заклинание Мортирмира разослало силовые линии по опорам и через дворы, а теперь его герметическая краска достигла их ворохом искр, и все сооружение засияло червонным золотом, как будто парусина загорелась.
– Асписы! – громко произнес Морган.
Все девять огромных отрезов материи застыли, красноватый свет полыхнул и погас. Внимательный наблюдатель еще заметил бы на стыках нитевидные силовые линии.
Магистр грамматики сказал:
– Замечательно, мастер Мортирмир. Не один, а сразу много щитов.
– Если один подведет, то остальные не дадут промокнуть, – отозвался тот.
– И каждая панель сама по себе, – продолжил грамматик. – Ты понимаешь, чем это чревато?
– Нет, маэстро, – покачал головой Мортирмир.
– Тебе ведь не приходилось строить крыши?
Магистр улыбался, и Морган ощутил настоящий триумф. Моряки аплодировали.
– Нет, маэстро. – Мортирмир поднял взгляд.
Магистр воздел посох и произнес:
– Щит.
Ничто не вспыхнуло, но что-то изменилось. Мортирмир мысленно провел языком по краям своего заклятия. Все было прочно.
– Стыки, мой юный школяр. Ты сделал панели цельными, но не объединил их. В щели набьется снег. Немного, и если честно, я сомневаюсь, что кто-нибудь это заметит. Ты хорошо потрудился. Ты понял все основные принципы, и твое грамматическое оформление превосходно. – Он слегка поклонился и с улыбкой добавил: – Ну так и учителя у тебя неплохие! Но крыша всегда монолитна.
Мортирмир вздохнул.
– Я чувствую себя дураком, – признался он.
– Это хорошо, – сказал магистр грамматики. – Мы все это чувствуем, чему-нибудь научившись. Я стараюсь так думать хотя бы раз в день. Теперь ступай на турнир. Я, может быть, даже вернусь и посмотрю. – Он выдержал паузу. – Тебе, мой мальчик, и правда следует поработать над памятью.
– Да, маэстро. – Мортирмир отвесил ему поклон, и магистр ответил тем же.
Он сошел с песка. Несколько матросов подошли пожать ему руку. Он был в восторге от их похвал.
Капитан поклонился ему.
– Если когда-нибудь, мастер, вы станете заклинателем стихий, я буду счастлив пригласить вас на мой корабль. – Он показал наверх: – Я видел, как вы установили полог. Великолепно. А в бурю хороший маг может проделать то же самое с парусами. Правильно снаряженный корабль выстоит в зимний шторм, если на борту будет маг, который удержит снасти.
Мортирмир не ждал таких панегириков. Он зарделся, потупил взор и пробормотал что-то невнятное насчет неуверенности в себе.