– Она обезбашенная! Ей нужно все – знакомые, встречи, скутера, воздушные шары, парашюты, кони, путешествия и вообще – черт знает, что, чего я не знаю! Ее никогда нет дома, когда есть я. Я работаю, не покладая рук, прихожу и ложусь спать, потому что завтра на работу. И только сквозь сон слышу, как открывается дверь, и что-то мягкое и теплое ложится в постель и обнимает меня. Я забыл звук ее голоса, потому что ухожу, когда она еще спит, а встаю раньше на пятнадцать минут, отводя это время на то, чтобы посмотреть, как она дышит во сне… Я устал.
Мужчина отдышался и сел.
Принцесса смотрела на меня в ожидании, что я начну первым. Но я молчал.
– Вы любите ее? – спросила муха, дегустируя без просу налитый виски.
– Если бы не любил – вас бы не вызывал.
Принцесса думала не больше полсекунды.
– В общем, так, дорогой мой. Если женщине обрезать пространство, которое занимает ее душа, – будь оно размером с квартиру или даже больше земного шара – она или умрет, или уйдет. Настаивая на ограничении ее чувств, вы нанизываете ее на крючок, убивая и одновременно делая ее наживкой для других мужчин.
– Но, как же…
– Сиди и слушай! – перебила клиента муха. Мужчина испугался и притих.
– Вы что хотели бы, чтобы она была с вами всегда и на нычку спала с кем-то другим? Это что-то «мягкое и теплое», как вы сказали, возвращается всегда к вам. И ласково обнимает в знак и любви, и благодарности за свое счастье быть такой.
Мужчина несколько минут апатично размышлял.
– Что же мне делать?
Принцесса взяла его за руку и ласково успокоила.
– Цените. У девяносто девяти процентов мужчин вообще не существует такого, чтобы что-то «мягкое и теплое» возвращалось и нежно обнимало. В большинстве случаев – это что-то «жесткое и колючее», причем, не обнимает, а четвертует каждое мгновение, даже если отсутствует. В жизни ценно только то, что висит на волоске, вот-вот готово упасть, но продолжает держаться.
– Это точно? – спросил мужчина.
Но принцесса не ответила, а лишь заразительно засмеялась.
***
Мы прогуливались по темной набережной.
– А кем ты работала раньше? – разбавил я паузу никчемным вопросом, все-таки не оставляя надежды узнать о прошлом принцессы.
После паузы принцесса ответила.
– Водителем автобуса. Уже одиннадцать лет.
Я представил, какое количество людей перевезла принцесса за то время, когда водила автобус, наблюдая за ними в зеркало заднего вида. Сколько лиц ей рассказали о своей жизни? Из всех ее пассажиров за одиннадцать лет можно было бы сложить целый квартал, а, может, целый город, а, возможно, и целую страну.
Принцесса чуть ускорила шаг, повернулась ко мне и развела руки в стороны. В небе сияли звезды, в воздухе ощущался запах воды, в темноте витала тайна следующего мгновения. Я обязан был ее обнять, но не мог. Принцесса была в миллионы раз больше меня. Мне не хватило бы сил и обхвата рук. Мне казалось, что жизнь, которую жила принцесса до меня, после моего неожиданного звонка в ее сон, при помощи неведомых законов, превратилась в опыт, а опыт переродился в новую жизнь, которая искала себе спутника.
Принцесса в ожидании долго стояла с распростертыми руками, но я бездействовал. Он вдруг подошла и дала мне пощечину.
Мы стояли в невозможности понять, что нам делать дальше.
Она обняла сама.
– Прости.
– Я простил тебя раз и навсегда, когда ты приехала ко мне.
***
Муха замечала мою беспомощность и однажды сказала мне на ухо:
– Один мой худой знакомый на вопрос «почему вы не тренируете тело?» ответил: «Сила нужна в двух случаях – чтобы носить любимую на руках и защищать ее. А поскольку я влюблен в богиню, а они, как вы знаете, бесплотны, то мне нужна не сила мышц, а сила мысли».
***
Женский голос прискорбно просил о помощи. Принцесса положила трубку и загадочно посмотрела на нас.
– Такое ощущение, что звонили с того света.
Мы вошли в небогатую квартиру.
Нас встретила женщина. Горе на ее лице, как сургучная печать. Казалось, в ней поселилось что-то ужасное. Так говорят о человеке – «он выглядит хуже смерти».
Хозяйка приготовила нам чай и присела на диван. Она молчала. Взгляд ее начинал говорить, и она посматривала на меня и принцессу так, как будто что-то разгадывая.
– Он любит меня слишком сильно. Для меня это страшная мука. Я люблю тоже, но для моей любви нет места. Его чувство занимает все сто процентов нашего с ним пространства. А куда деваться моим процентам? Когда-то у нас было 50 на 50, 30 на 70, иногда наоборот, а сейчас…
В женщине застряло то, что было ужаснее смерти. Это была не выплеснувшаяся в жизнь любовь. Она превратилась в органически гниющую субстанцию, в которой процесс гниения продолжался без конца. Причем, стадия гниения застыла, и субстанция не догнивала и не возрождалась.