' Principium creaturae intellectualis est aeterna sapientia, quod principium manens in se incommutabiliter nullo modo cessat occulta inspiratione vocations loqui ei creaturae cui principium est, ut eonvertatur ad id ex quo est; quod aliter formata ac perfecta esse non possit. I. De
Gen ad. lilt. ch. 50.
2 Scimus quoniam cum apparuerit similes ei erimus, quoniam videbimus eum sicut est.
loan. Ep. 1, 3, 2.
3 Corpus quod corrumpitur aggravat animam. Sap., 9, 10.
4 Terrena inhabitatio deprimit sensum multa cogitantem, et difficile aestimamus quae in terra sunt. et quae in prospectu sunt invenimus cum labore. Sap., 9, 15.
5 Aug. De magistro.
ПРЕДИСЛОВИЕ
39
истину, открывая Свою сущность, как говорит блаженный Августин.'
Из всего сказанного следует, что должно непрестанно противоборствовать воздействию тела на дух и постепенно должно приучать его не доверять тому, что говорят нам наши чувства о всех окружающих нас телах, которые они всегда представляют нам достойными нашего внимания и почитания, так как ни на чем чувственном мы не должны останавливаться, ни заниматься им. Это одна из тех истин, какую вечная Премудрость, кажется, пожелала нам открыть через Свое воплощение; ибо, возвысив чувственную плоть на такую высоту, какую только можно себе представить, Господь показал через унижение, в какое поверг ее, т. е. через унижение наивысшего, что было между чувственными вещами, какое презрение должны мы питать ко всем предметам наших чувств.2 Вот почему, быть может, и святой Павел также говорит, что он не знал более Иисуса Христа по плоти;3 ибо не на плоти Иисуса Христа следует останавливаться, но на духе, скрытом под плотью: „Саго vas fuit quod habebat: attende; non quod erat," — говорит блаженный Августин.4 То, что есть видимого или осязаемого в Иисусе Христе, заслуживает нашего поклонения лишь в силу связи со Словом, которое может быть объектом только одного духа.
Тем, кто хочет стать мудрым и счастливым, безусловно, необходимо вполне убедиться и как бы проникнуться тем, что я только что сказал. Если они поверят мне лишь на слово, если их убедит в этом только мимолетный проблеск сознания, этого мало: они необходимо должны проверить мои слова на множестве опытов и неоспоримых доказательств; нужно, чтобы эти истины никогда не могли изгладиться из их духа (разума) и чтобы они сопутствовали им во всех их ученых исследованиях и во всех других занятиях в жизни.
Если я не ошибаюсь, те, кто потрудится с некоторым вниманием прочесть предлагаемую книгу, проникнутся тем же настроением духа;
ибо в ней приведено много доказательств того, что наши чувства, воображение и страсти нам совершенно бесполезны для познания истины и нашего блага; что, напротив, они всегда ослепляют нас и обольщают и вообще все знания, которые дух получает через тело
' Deus intelligibilis lux, in quo, et a quo, et per quern intelligibiliter jucent quae intelligi-biliter lucent omnia. 1. Sol.
Insinuavit nobis (Christus) animam humanam et mentem rationalem non vegetari, поп illuminari, non beatificari, nisi ab ipsa substantia Dei, Aug. in loan. Tr. 23.
2 Ilia auctoritas divina dieenda est, quae non solum in sensibilibus signis transcendit omnem humanam facultatem, sed et ipsum hominem agens, ostendit ei quo usque se propter ipsum depresserit, et non teneri sensibus quibus videntur ilia miranda; sed ad intellectumjubet evolare, simul demonstrans et quanta hie possit, et cur haec facial et quam parvi pendat. Aug. 2 De ord. 9.
3 Et si cognovimus secundum carnem Christum, jam non secundum carnem novimus. ad. Cor.
4 Aug. in loan. Tr. 27.
40
или какие-либо движения, происходящие в теле, почти всегда сбивчивы и ложны по отношению к предметам, которые представляются нам очень полезными для поддержания тела и благ, относящихся к телу.
самые распространенные или те, которые являются причиною наибольшего расстройства разума, и показывается, что почти все они (суть) последствия связи духа с телом. Во многих местах стремимся мы дать почувствовать духу его подчиненность и зависимость от всех чувственных вещей, чтобы он как бы пробудился от своей спячки и сделал бы некоторые попытки к освобождению.
Мы не ограничиваемся простым изложением наших заблуждений, но объясняем также отчасти природу духа, например не останавливаемся на подробном перечислении всех отдельных обманов чувств или воображения, но главным образом на причинах этих обманов. Разом, объясняя эти способности и те главные заблуждения, в какие мы впадаем, мы указываем уже то бесчисленное множество частных заблуждений, в какие можно впасть. Так что предмет этого сочинения есть весь дух человеческий в целом: он рассматривается сам по себе, рассматривается в отношении к телам и в отношении к Богу; исследуется природа всех его способностей, указывается, каким образом следует пользоваться ими, чтобы избежать заблуждений;
словом, изложено довольно обстоятельно все, что мы сочли полезным для приобретения познания о человеке.