– Поэтому, платье должно совпадать в точности?
– Именно. С чего все началось, тем и закончится.
– Имеешь право – ты добилась многого.
– Если даже ты так считаешь…
– Ты стала королевой, хоть была последней в начале той гонки…
– … но не смогла сохранить королевство целым.
– Такова судьба правителей: иногда им приходится поступиться своими мечтами. К тому же Ирманцы и при твоем отце были частью королевства лишь формально. Что касаемо остального королевства…
– … то я его растеряла.
– Кхе! – хмыкнул Безымянный. – Ты и в правду изменилась: раньше ты не позволила бы себе перебить меня.
– Прости.
– Не страшно – я не гордый. Будь на моем месте родители…
– У тебя есть родители?! – Раззенна удивленно повернулась к развалившемуся в кресле Безымянному.
– Давай не будем обо мне; впереди ведь твое торжество. Касаемо королевства, ты же одержала несколько действительно впечатляющих побед.
– И столь же впечатляющих поражений. Если бы не Клюэль, мне не видать бы побед.
– Да-а-а! Сражение в лесу Пантано, было поистине выдающимся!
– Да. Там Клюэль превзошел самого себя, – глаза Раззенны вспыхнули, но тут же погасли. Она не участвовала в том сражении, по настоянию своих союзников, что боялись ее смерти. Ей пришлось отправить Клюэля одного, на верную смерть, а он вернулся с великой победой.
– Та победа заставила выйти Памплаварру из войны, и у тебя остался лишь один противник.
– Ольстланд.
– Он самый. Или, она?! Королева Ольстада назвала свои земли в пику тебе. Раззенна, королева королевства Раззенна, – отточенным голосом опытного конферансье Безымянный продекламировал нелепицу, что часто использовали ее противники.
– Не напоминай – это мой главный позор. Когда я была молода, я думала, что это хорошая идея. А теперь у меня уши начинают гореть от каждого упоминания этого названия.
Безымянный рассмеялся поддерживаемый искренней улыбкой Раззенны:
– Неужели знать так и не дала тебе вернуть прежнее название?
– Представь себе. Сказали, что так они почитают мои заслуги.
Она с улыбкой смотрела на свое морщинистое лицо, перебирая в памяти все светлые воспоминания своей жизни: Клюэля, нагловатого солдафона, но отличного наставника и полководца; Ригит, верную подругу и первого советника на протяжении нескольких десятилетий; своего мужа, что стал для нее опорой, хоть и выходила она за него по настоянию придворных; и, наконец, своего сына, что менее, чем через пару дней станет новым королем.
– Чем займешь дальше? – прервал ее размышление Безымянный.
– Не знаю. Как передам сыну бразды правления, уеду в загородное имение.
– Совсем не хочется остаться?
– Остаться? Хм… хочется, но не остаться; хочется вернуться…
– В то время?
– Да. Исправить ошибки, еще раз обнять близких…
– Это называется старость.
– А ты откуда знаешь? Ты же бессмертен, я права?
– Почти.
– Серьезно?! – Раззенна была уверена, что Безымянного убить невозможно.
– Есть один способ…
– Не хочу, и слышать, не искушай.
Безымянный заразительно рассмеялся:
– Но тебе ведь интересно?
– Если я скажу «нет», ты ведь не поверишь?
– Нисколько. Не забывай, кто я.
– Помню, помню: бог обмана и сделок.
– Еще и искусств, между прочим. В этом и заключается способ.
– И?
– Ха-ха-ха! – залился смехом Безымянный. – Ладно, дело вот в чем: как бог сделок, обмана и искусств, я получаю от всего этого силу, но стоит разрушить мое «святилище»…
– Иначе говоря, ты имеешь виду, что когда люди перестанут обманывать, заключать сделки и испытывать вдохновение, то ты умрешь?
– Не только люди, но и все разумные существа.
– Хм… хитро…
– Благодарю за комплимент.
– Такого никогда не случиться.