Потом вернулся к Лорен. Она, всё ещё расслабленная, лежала на кровати и смотрела
на него с тоской, любопытством и лёгкой завистью. Он приблизил лицо к её лону, прикоснулся языком и губами к тому месту, где задерживался Адам, уловил его вкус, смешанный с самым интимным и острым вкусом Лорен. Даниэль поглощал её, позволяя
смеси соков скользить по горлу, а затем овладел, не глядя, не сказав ни слова утешения, потерявшись в тепле киски и в грязи собственных мыслей.
Лорен на четвереньках сосет член Адаму, пока он проникает в её неприкосновенную
задницу.
Лорен, зажата между их телами, наполнена им, и вопит от удовольствия.
Лорен с лицом между бёдер Адама, голова двигается, он её содомирует, а зубами
царапает ей обнаженную шею.
Это была последняя картина, которая развязала оргазм, и одновременно дала новую
эрекцию. Он вышел из душа с сердцем в неразберихе, а между дрожащих ног быстро бежала
кровь. Ему чертовски хотелось испачкаться. Обнажённый и мокрый, Даниэль вернулся в
спальню; Лорен сидела на кровати, скрестив лодыжки, тонкими руками касаясь стройных
бёдер, а взлохмаченные волосы ласкали ей плечи. Она смотрела с такой жалостью, что
вызывала у него одновременно гнев и чувство вины.
— Что такое? Не говори мне, что тебе не понравилось, я не поверю.
У неё дрожала шея, когда сглатывала, не решалась ответить.
— Зачем? Это было испытанием? Способ узнать, совместима ли с твоим миром?
Даниэль подобрал белье и одежду, надевая их бешеными жестами.
— Ты никогда не будешь совместима с моим миром.
Он вложил в ответ столько яда, сколько мог, выжимая его из собственного
разочарования. Вспышка боли, мелькнувшая в глазах Лорен, стала ему отплатой.
— Куда ты идешь?
Лорен потянулась вперёд, пока он шёл к двери.
— Тебя это не касается. Можешь остаться здесь, если хочешь.
Закрыл дверь, оставляя после себя шокирующую волну разочарования и страданий, которые причинил ей. Он должен избавиться от неё, отправить домой, к своей
посредственной жизни. Тем не менее, даже когда об этом думал, Даниэль осознавал, что
присутствие Лорен было единственным слабым тормозом в безумной гонке к разрушению.
Он должен выдержать, вскоре французы подпишут с ним контракт, и тогда он
продемонстрирует всему миру свою реальную ценность.
Но сейчас ему не хотелось думать ни о чём, кроме того, навстречу чему направлялся.
Даниэль взял айфон и отправил три сообщения, одно из них — своему водителю. И
когда сел в лимузин, от возбуждения у него дрожали колени. Поездка была короткой и
привела на виллу в нескольких километрах от его собственной. Когда вышел из машины, ему
пришлось поправить ширинку на брюках, так болезненно эрекция давила на ткань. Дверь
распахнулась, демонстрируя обои из шёлка, освещённые мягким светом. Даниэль вошёл в
вестибюль, обставленный с излишней роскошью, и там, у двери, на него уставился Адам с
кривой улыбкой, которая охлаждала жажду взгляда.
— Ты приехал — прошептал ему в губы и поцеловал. — Она присоединиться?
Даниэль погладил другу линию волевого подбородка.
— Она делает то, что я ей приказываю. Всегда.
Адам обнял его, уткнувшись лицом в изгиб шеи. Потёрся бёдрами о его бёдра, их
эрекции задрожали. Тяжело дыша через нос, Даниэль закрыл глаза.
— Ты заставишь меня кончить вот так.
Они услышали, как подъехала другая машина, и, предугадывая личность водителя, направились в спальню, уверенные, что скоро у них будет компания.
Мужчины быстро поднялись по лестнице, торопясь снять одежду, горящую на их
коже, желая побыстрее оказаться обнажёнными, чтобы касаться друг друга без препятствий.
Когда через несколько минут их застало врасплох деликатное покашливание, они лежали на
кровати, с руками между бёдер друг друга. Оба подняли головы, чтобы перехватить тёмный
жадный взгляд Аиды, уже привыкшей олицетворять эту роль. Она подошла к ним, снимая
скудную одежду.
— Добрый вечер, мои господа.
Женщина легла набок, прямо за Даниэлем, и гибкими руками принялась ласкать
твёрдые члены. Как озорная девочка, она нежно царапала по набухшим влажным головкам, положив поцелуй на плечо своего короля.
— Что я могу для вас сделать?
Это был вопрос, который не включал ответ. Она должна была подчиниться их
желаниям, точка. Однако Даниэль точно знал, что ждёт её этим вечером: всё, что он
представлял сделать с Лорен.