Даниэль сильнее схватил за руку, увлекая за собой в центр помещения, и вызывая
сильную боль в колене. Лорен встретилась обвиняющим и обиженным взглядом с Аидой; та
сидела, поджав ноги в кресле, обнажённая, если не считать ожерелья из блестящих камней, и
потягивала из бокала шампанское. Вокруг находились незнакомцы, которых больше
интересовала драма, чем сексуальная акробатика, которой они занимались до её прихода.
— А знаете, почему я заплатил за неё так дорого? Потому что у меня нежное сердце.
— Фальцет, которым он произнёс последнее предложение, вызвал общий смех, который
болезненно резонировал в душе Лорен. — Младшему брату этого ничтожества нужна была
операция, и Джо Кинг развязал шнурки кошелька, чтобы расплатиться. А теперь вы
спросите, какого хера она хочет ещё? Всё очень просто, ждёт, когда благодетель подарит ей
операцию, чтобы вылечить колено! Какое колено, спросите вы. — Он поднёс другую руку к
груди, на уровне сердца. — Бедняжка — хромает с детства. Так вот, видите ли, у меня между
яйцами оказалась маленькая спичка. Как я мог отказаться дать ей немного счастья?
Щёки Лорен горели от стыда, их заливали слёзы. Она смотрела в пол, чтобы избежать
взгляда на него, мужчину, которого когда-то любила, и который теперь убивал её с особой
жестокостью, сдирая зараз по кусочку кожи, чтобы заставить истечь кровью, перед лицом
ада, который стал его жизнью.
Как только Даниэль ослабил хватку, Лорен рванулась от него прочь.
— Я осталась не из-за операции. — Её голос был чистый и ясный. В последнем акте
мужества она подняла взгляд. — Я осталась, потому что люблю тебя. Или, по крайней мере, любила мужчину, которого встретила в Мексике, того, кто ухаживал за мной в Санта-Монике.
Сейчас я не знаю, кто ты такой, то ли незнакомец, то ли плохая копия самого себя.
Пустой взгляд Даниэля потерял часть своего высокомерия, пока он слушал, но свой
рот мужчина держал закрытым в упорном молчании.
— Надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь мужество, чтобы вылечить себя. Мужчина, который стоит передо мной на самом деле это не ты… Прощай.
Лорен развернулась, сопротивляясь искушению в последний раз обернуться, чтобы
взглянуть на реакцию в его глазах.
Прихрамывая, она вышла из бассейна, пересекла сад и вошла в свою комнату, где
собрала немногочисленные пожитки. Потом вызвала такси, до последнего надеясь, что
Даниэль побежит за ней и признается, как сильно любит её. Не прошло и получаса после
разрушительного противостояния, как Лорен была уже далеко.
Она позволила себе проплакать остаток ночи, потом вытерла слёзы и вернулась к
жизни.
Глава 26
В Лос-Анджелесе всегда найдётся место для посудомойки. Как и для шлюхи, — с
глубокой горечью думала Лорен. Охватившее чувство одиночества и отчаяния было
сравнимо только с той ночью, когда её забрали у отца и отдали на воспитание в неизвестную
семью. Её тогда тоже оторвали от Кларка, и их привязанность не могла дать ей облегчение.
Душа Лорен была опустошена, в ней толпились мириады различных ощущений, но
все негативные и мучительные; они терзали чувством вины и стыда, не позволяя в полной
мере погрузиться в своё горе. Она любила Даниэля — это Лорен сумела отфильтровать от
кипящей грязи, бурлящей внутри. А какая эта любовь… она не была уверена, что может
разобраться. Впрочем, Лорен было всего двадцать лет и ни малейшего опыта.
Она хотела помочь Даниэлю, но он не желал, чтобы его спасали. Её сердце умерло при
виде того, как он поддался самым извращённым и неконтролируемым порывам. В
бесконечной самонадеянности Даниэль думал, что может справиться в одиночку, просто
переместив свои неврозы с одного объекта на другой.
Для заполнения пустоты мужчина пытался использовать Лорен, а не химические
вещества или распущенность. Теперь, увидев, как это всё обернулось, Лорен почувствовала,
— ею манипулировали словно объектом, в большей степени, чем, когда она предлагала
девственность в обмен на деньги. И с тем, что ей заплатили, она не могла выдвинуть никаких
претензий, не покривив душой. Вся эта история казалась избитым сценарием из плохой
постановки. Если бы не реальные трагедии, перевернувшие их существование.
Энергично моя посуду в мексиканской таверне, Лорен продолжала надеяться на
раскаяние Даниэля. Мечтала, как он отправит ей сообщение или букет. Возможно, в один из
дней она вернётся домой поздно, а на углу дома будет поджидать лимузин с обычно