приготовлений не требовалось.
Рон прижал головку к отверстию, с небольшим давлением толкнулся внутрь и замер
на несколько секунд, давая Роуз время, необходимое для привыкания. Но прежде всего он
сам хотел почувствовать удовольствие от восхитительных сжатий вокруг головки. Именно
Роуз принялась проталкивать его дальше и постепенно поглощать, она растирала клитор всё
более и более неистово, почти испытывая оргазм.
— Кончай! — хрипло прорычал он, удерживая Роуз за бёдра и погружаясь на всю
длину.
Ни один из них больше не мог сдерживаться... Роуз достигла точки невозврата, и со
стоном встретила ряд сокращений, Рон чувствовал вместе с ней эти бесконечные сжатия. Её
маленький «член» не переставал посылать ей один оргазм за другим; Роуз не прекращала
мучить его, сжимая и вытягивая, чтобы он ещё и ещё дарил ей удовольствие.
Рон позволил ей это делать, а затем немного изменил положение Роуз: опустил её, нажав на область поясницы, и держа поднятым только таз. Он принялся двигаться быстро, чтобы не задерживать кульминацию, скорое приближение которой чувствовал. Мужчина
взорвался, выпуская всё семя, что имел и когда он вышел из неё, по бёдрам девушки
побежали белые ручейки. Рон обнял Роуз за талию, прижимая ближе, пока они лежали.
Их дыхание ещё оставалось быстрым, и сознание собиралось оставить парочку в
сладком оцепенении, когда сотовый телефон Рона зазвонил самой нежелательной и
диссонирующей мелодией, той, что была подключена к номеру Джей Кея.
— Побеспокоил?
— Хотелось бы, — ответил Рон искажая голос и обмениваясь с девушкой
понимающим взглядом. — К сожалению, всё, что ты прервал, это сильную головную боль.
— Мне жаль, я позвоню позже...
— Нет, брось, это просто головная боль. Расскажи мне всё.
— Минутное дело. Пожалуйста, сегодня днём свяжись с прессой. Объяви, что
помолвка с Роуз расторгнута. Двое, по взаимному согласию и так далее. Останется
неизменным уважение и привязанность и тому подобное.
— Окей, я поражён, но хорошо. Ты уже предупредил Роуз?
— Нет, ещё нет. Займись ты.
Никаких других объяснений, и Джей Кей отсоединился в своём стиле — не прощаясь.
Рон был настолько ошеломлён новостью, что не уловил провокационный тон и сарказм, с
которым актёр произнёс последние два слова.
Роуз вопросительно посмотрела на Рона.
— И что мы теперь будем делать? — спросила она обеспокоено.
— Сокровище, тебе не о чем беспокоиться. О тебе позабочусь я сам. Я ожидал, что
после ужина с продюсерами Джей Кей впадёт в безумство. Он просто сошёл с ума, совсем
перестал соображать.
— Да, но он мне нужен... — начала скулить девушка.
— Не волнуйся, я тебе сказал. Я не дурак. Так или иначе, он не перестанет нам
помогать, по-хорошему или плохому. Думаешь я, за эти годы не предвидел все экстренные
случаи? Поверь мне, дорогая, всё будет хорошо.
Он прижал её к себе, стал ласкать и целовать до тех пор, пока Роуз не уснула
успокоившись.
Однако Рон больше не спал, охваченный тысячью мрачных мыслей, отчего
придуманная ранее мигрень превратилась в болезненную реальность.
* * *
— Кто там? — спросил Кларк в домофон, неохотно встав с дивана, откуда он следил
за матчем чемпионата ФИБА.
— Кларк, прости, что беспокою тебя, я Аида, подруга Лорен. Я должна доставить
Лорен срочный пакет, и не хотела беспокоить её в закусочной. Знаю, у неё сегодня долгий
день. Если ты выйдешь на минутку, отдам тебе.
Кларк почувствовал, как его неисправный сердечный клапан опасно завибрировал от
внезапного эмоционального стимула. «Тормози, тормози, тормози, а то не доберёмся до
операции».
— Да, привет, не хочешь подняться? Прости, мне сегодня нездоровиться. Ничего
заразного, не волнуйся.
От смеха Аиды у него завибрировали все мышцы.
— Да, я знаю, что ты не опасен. Ладно, на каком этаже вы живёте?
«Когда-нибудь я тебе продемонстрирую опасен или нет…»
— Десятый, вторая дверь слева.
Один рывок, как под корзиной, и три секунды, чтобы переодеть майку и шорты, полсекунды, чтобы распылить дезодорант под мышками, пять, чтобы избавиться от разбитых
тапок и две, чтобы пальцами расчесать волосы.
Двадцать, чтобы шпионить у входной двери за шумом лифта, который открылся на
первом этаже, пока Кларк пробовал позы, стараясь выглядеть более крутым, более
очаровательным, более мужчиной. Или нет, возможно, лучше выглядеть уязвимее, малышом.