девушка умирает от желания это сделать. Даниэль оценил, как Лорен выдержала эту
маленькую жестокость, которой подвергалась, и восхитился ею за силу духа. А себя отругал
в сотый раз за короткое время.
Он снял рубашку и пошёл в крошечный туалет. В маленькой раковине намочил её и
отжал, убирая лишнюю воду. Когда вернулся, Лорен не сдвинулась, но лицо повернула в его
сторону, словно для того, чтобы расслышать каждый звук и представить происходящее. Он
хотел бы освободить ей глаза. О, если бы она его желала!
— Сейчас я вытру тебе лицо, — предупредил Джей Кей.
Рубашкой за две тысячи долларов провёл по щекам, подбородку и скулам, убирая
растёкшийся макияж. Повторил всё несколько раз и только когда результат его удовлетворил, рубашка, теперь уже бесполезная, полетела в кучу на полу.
Даниэль лёг рядом с Лорен и обвёл кончиками пальцев по контуру её лица.
— Мне очень жаль, как я обращался с тобой.
Прежде чем повернуться к нему, Лорен сглотнула, и Даниэлю почти показалось, что
видит, как она прикрыла глаза.
— Вы не из тех мужчин, которые плохо обращаются с женщиной.
— Как ты можешь такое утверждать? Ты меня совсем не знаешь.
— Нет, но я знаю ваш голос, нежное прикосновение рук. Я знаю, вы никогда никому
не навредите, если только это не будет спровоцировано.
Даниэль почувствовал, как в груди завязался узел, он хотел обнять её и поддаться
желанию заплакать. Почему незнакомая девушка так на него влияла? Это было из-за всей
ситуации в целом, вот почему. Лорен ворвалась в его жизнь в момент максимальной
слабости, и любое её движение попадало в цель, раня его без возможности защищаться.
— Мне досталось, маленькая девственница. Кое-кто повёл себя плохо со мной.
Воспользовался моей щедростью, и через тебя я наказывал его. Как видишь, я человек
неправильный.
Лорен удивила его — протянула руку и прижала ладонь к его щеке. Даниэль закрыл
глаза, убаюкивая себя этим тёплым прикосновением.
— Но вы остановились прежде, чем сделать мне больно на самом деле.
Почему Лорен оправдывала его? Почему придавала благородство его душе, которую
он давно потерял? Чтобы она подумала, если бы знала, кто он на самом деле, если бы сейчас
сказал ей: «Эй, я — Джо Кинг, мужчина, который приклеился к бутылке и мастурбирует, наблюдая, как трахаются другие».
Он больше не хотел говорить, оправдываться или получать не принадлежащие ему
заслуги.
— Я хочу попробовать тебя, Лорен.
Даниэль не ждал ответа, ему не требовалось её разрешение. Он наклонился и
поцеловал. Её рот приветствовал его, будто Лорен ничего другого и не ожидала с момента, как вошла в номер.
Девушка сильнее прижала Даниэля к себе, посасывая и переплетая языки, а потом
сильно прикусила его нижнюю губу.
— Непослушная девчонка, — укорил Джей Кей, когда опустил её губы, чтобы
посвятить себя небольшой упругой груди.
— У тебя такая мягкая кожа… — тихо сказал рядом с соском, и тут же накрыл языком
и пососал губами. Лорен заёрзала и откинула назад голову, а Даниэль почувствовал во рту, как сосок затвердел. Он понимал, чего она хочет, но сейчас это причинит ей боль. Он не стал
поддаваться на явные просьбы — ему хотелось видеть, как она извивается, раздвигает бёдра
и предлагает ему своё тело. Даниэль погладил Лорен по напряжённым бёдрам, касаясь паха, плоского живота, кружась вокруг открытого гладкого лона. «Чувствительная кожа после
эпиляции станет для неё сюрпризом», — подумал он, дотрагиваясь мимолётно до маленьких
половых губ.
У Лорен вырвался более громкий вздох. Как ему хотелось затеряться в её глазах, чтобы отразить разжигающее девушку возбуждение.
— Ты знаешь, что нужно сделать.
«Раздвинь ноги, покажи мне свою киску».
Опьяневшая от возбуждения, освобождённая от всякого стыда, Лорен без колебаний
выполнила указание. Даниэль выдохнул сквозь зубы, поедая её глазами.
— О, Лорен... — он больше ничего не сказал, дальше только рот и язык объясняли ей, что пробуждал в нём вид её лона. Лорен погрузила пальцы в его волосы, и стала потягивать, словно желая втянуть мужчину в себя. Она раскачивалась на лице незнакомца, умоляя об
удовольствии, которое он задерживал. Её киска опухла, покраснела, и переполнилась соками, которые Даниэль слизывал, наслаждаясь солёным вкусом — наполняющим рот, прилипающим к нёбу, и скользящим по горлу. Даниэль стал потворствовать её движениям, этому раскачиванию на волнах ласкающего языка, пока из Лорен не вырвался оргазм, под