нюхал два дня, и со вчера не пил, ты знал, что легко не будет. Бля, но я не думал, что голоса
могут звучать так реально. И как смогу понять, — они настоящие или галлюцинации?
Успокойся, Джей Кей. В шале ты будешь один, как собака. Если слышишь, как кто-то
говорит с тобой, не ошибёшься, притворяясь, что ничего не происходит. Это несложно, это только в первый период, затем пройдёт. Только первые несколько дней, затем отпуск
станет таким же, как и любой другой».
Джей Кей, великий, Джо Кинг, звезда — он никогда ни перед кем не прогибался. А
теперь оказался лицом к лицу с самим собой, и до сих пор не имел понятия, как на этот раз
будет трудно победить своего демона.
Зарево озера на закате предупредило о том, что он уже близок к месту назначения; ещё
километр по извилистой дороге, и увидит каменные стены и большие окна, спрятанные
среди вековых деревьев. Джей Кей выгрузил коробку с покупками из деревенского магазина, отводя взгляд от бутылки с джином, которая звенела среди других консервов.
«Только в случае крайней необходимости, ведь я один и не хочу загнуться здесь
наверху…»
Мысли направились к другому комплекту для выживания, который он тщательно
спрятал в чемодане между чистой одеждой, в отсеке для батарейки электробритвы. Был
большой риск уже просто в перевозке кокаина, но в целом доза небольшая и рассчитанная
только для того, чтобы вытащить его из беды в случае сильной ломки. Обращение к любому
из этих двух средств означало бы поражение. Джей Кей полагался на свою силу воли, потому
что не было страданий, с которыми он не справился бы, вместо того, чтобы объявить себя
побеждённым. Но существовали мучения, никогда раньше им не испытанные, в которых он
полностью игнорировал глубину и суровость. Лучше не грешить самонадеянностью, размышлял он, на этот раз, обращая внимание на осторожность.
Как в старые времена Джей Кей открыл дверь ключом, оставленным в цветочном
горшке. Бетт не забыла! Едва открыл деревянные ставни, и в помещение проник в оранжевых
тонах затихающий дневной свет, отражаясь от окружающих стен приглушёнными лучами, полными сверкающей пыли.
Приятный запах чистоты вместе с воспоминаниями прошлого наполнили комнаты.
Кухня была в идеальном состоянии, как и лужайка перед лестницей у входа. Джей Кей
заглянул в главную спальню — манящий вид ложа искушал его попробовать мягкость.
— Всё как тебе нравится, Даниэль?
Он подпрыгнул, услышав этот голос за плечами. Итак, Бетт приехала
поприветствовать его? Даниэль резко обернулся и увидел её, полулежащую на диване: изящные и тонкие ноги, длинные светлые волосы и хитрая улыбка. В ошеломлении Даниэль
был не в состоянии сказать ни слова.
Бетт была прямо там, перед ним, такая же красивая и привлекательная, как когда они
познакомились. Точно такая, как когда он встретил её. Мужчина сглотнул и подумал, что с
галлюцинациями, возможно, лучше не бороться, но хотя бы пытаться быть вежливым.
— Привет, Бетт, да, всё отлично, спасибо. И ты выглядишь великолепно! Чёрт, рано
или поздно тебе придётся открыть мне секрет твоего косметического крема... Я распакую
свои сумки, ты не против?
За время, что он вносил в дом чемоданы, Бетт из прошлого исчезла. «Как долго будет
длиться эта история? Пока он не стабилизируется, спускаться к озеру будет опасно», —
подумал он, понимая, что в картонной коробке о консервы с фасолью продолжает биться
бутылка. Даниэль положил еду на кухонный стол, и обнаружил неприятный сюрприз, — руки
сильно дрожали. Он был готов, но почувствовать такое своим телом было совершенно
другим видом ощущений.
«Бороться с двумя проблемами лучше, чем с одной», — подумал он.
Отказ от алкоголя вызвал бессонницу и тремор, отказ от кокаина — онемение и
депрессию, а также, как он уже убедился, — галлюцинации. Если повезёт, они найдут между
собой равновесие.
Даниэль вовсе не был голоден, но возня на кухне, позволяла отвлечься и занять
некоторое время. Несколько дней в болезни, а затем начнётся его великолепный отпуск. Он
мог это сделать. Открыв двери кладовой, Даниэль с удовольствием заметил, что Бетт
(настоящая), позаботилась обо всем. Были сделаны запасы всех видов.
Обонятельная память поразила его мозг так же быстро и ясно, как удар стилетом. Как
в подобной этой кухне, давным-давно, будучи ребёнком сидел он с книгами, и как его звала