Страх парализует тело от макушки до кончиков пят. Она задыхается от поступающего в кровь адреналина. Еще совсем чуть-чуть и Вики упадет. Единственное, что останется от бывшей студентки колледжа искусств — это кровавое пятно, на которое со временем слетится рой зеленых мух. Отвратительно.
Падение кажется неизбежным. Нет ни выглядывающего сучка, ни выступа, за который было бы можно ухватиться руками. Секунду… У нее ведь есть крылья. Почему она не может их раскрыть? Чертово внушение. От безысходности своего положения Вики срывается и плачет. Снова она безвольная, слабая кукла в руках сильного игрока. Как же осточертело все это бессилие. Пусть все закончится. Возьмет и закончится. Вики падает, но когда она настигнет земли, то не умрет, а обретет свободу. Перестанет быть пешкой в чьей-то игре и все наконец станет хорошо. Тело расслабляется. Вики закрывает глаза и принимает
свою участь. Ей больше нечего терять или…
— Вот ты где, — мистер Уокер приземлился на скамейку рядом со своей дочерью.
Уроки давно закончились. Школьный коридор пустовал. Ни одной живой души поблизости. Ну, разве что пожилой уборщик с синим ведром на колесиках и шваброй переходил из одного кабинета в другой.
Вики свернулась калачиком, спрятав зареванное лицо в коленях. Ей было стыдно. Очень стыдно. Из-за нее отца выдернули с работы, вызвали к директору, а ее саму на неделю отстранили от занятий. Глупый конкурс. Он всему виной.
— Так и будешь молчать?
Вики плохо представляла какие достойные и увесистые аргументы она могла сказать в свое оправдание. Был конкурс начинающих художников, в котором младшая Уокер заняла не почетное шестое место, а Элизабет первое. Отвратительная блондинка с шикарными длинными густыми волосами и дурными манерами. Лизи не умела держать язык за зубами и начала подтрунивать над Вики, а в отместку Уокер решила поправить ей прическу и макияж заодно. Пищала Лизи, как резанная свинья.
— Прости, — буркнула Вики, не поднимая головы.
Если посмотрит в глаза отцу, сгорит от стыда.
— Виктория Уокер, — его тон был непривычно строгим, посмотреть все же пришлось.
— Я не хотела, я просто, я…
— Позавидовала чужому успеху?
— Нет!
Неужели и отец не понимает ее?
— Она не следила за своим языком!
Мистер Уокер нахмурился.
— Я разочарован в тебе, Вики. Я не так тебя воспитывал. Идем, дома продолжим.
Ехали домой в непривычной, давящей тишине. Вики пыталась начать оправдываться, но отец пресекал любые попытки. Мол, как доедем, так и поговорим. Последующая беседа сложилась плохо. Младшей Уокер казалось, что весь мир ополчился против нее и даже самый близкий человек не желал ее услышать. Вечером того же дня Вики отправила все художественные принадлежности в мусор, а их у нее было предостаточно, поэтому за раз управиться не удалось. Позднее она спустилась на кухню, где мистер Уокер колдовал над очередным кулинарным шедевром. Выходило у него так себе. Вики знала, если отец был обеспокоен чем-то, сосредоточиться на работе не сможет. Вот и сейчас у лазаньи вместо золотистой корочки, окрас угля.
Подкравшись к отцу со спины, Вики крепко-крепко обняла его за поясницу.
— Папа, прости! Я больше не буду себя так вести. Я и все краски выкинула.
Вилка, которой мистер Уокер пытался отделить сгоревшую лазанью от противня, со звонким звуком упала на стол. Он осторожно вывернулся из объятий дочери.
— Зачем ты это сделала?
Вики пару раз хлопнула своими длинными ресницами, недоумевая.
— Ну как же, чтобы ты больше не злился на меня.
— Милая… — мистер Уокер присел на корточки так, что теперь Вики смотрела на него сверху вниз.
Взяв маленькие руки дочери в свои, он мягко продолжил.
— Я не злился на тебя и уж тем более не стал бы злиться на свою девочку из-за какого-то глупого конкурса. Мне досадно, что ты не смогла принять поражение достойно.
— Хочешь сказать, я должна была не обращать внимание на свой проигрыш? — в светлой голове это никак не укладывалось.
Она так старалась, а призовое место отдали другой. Это ж так обидно.
— Быть более благоразумной. Не нужно расстраиваться, если что-то не получилось с первого раза. У многих на то, на что у тебя ушли месяцы, уходят годы. Проанализируй свои ошибки, извлеки из них урок и двигайся дальше. Успех — это умение двигаться от неудачи к неудаче, не теряя энтузиазма. А если настанет момент, когда станет совсем тяжело и захочешь опустить руки, просто знай, что рядом с тобой есть люди, которые поддержат тебя.
А ведь и сейчас она не одна. Перед глазами всплыли хорошо знакомые ей образы друзей.
Вот Ади тычет пальцем в Мими и заливисто смеется из-за неряшливого вида девушки. Миниатюрная демоница в сторону рыжего беса проводит контратаку подушками, а Сэми разделяет с Вики политику невмешательства, согласно которой, после окончания боя, когда исход уже будет предрешен, они займут сторону победителя, не по-ангельски, ну и ладно.
Тут Дино тренируется вместе с ней и помогает преодолеть возникший страх к полетам. Получается не очень, но им вдвоем весело.
А вот, когда Вики рядом с Люцифером… Это равносильно катанию на американских горках. После первого раза говоришь, что в жизни больше туда не пойдешь, но незаметно для самой себя становишься зависимой от получаемых на них эмоций. И почему только с этим демоном сердце так клокочет в груди?
Она не одна.
Глаза раскрываются, а вместе с ними и крылья. Мах, второй и вот ее подхватывает порыв ветра. Теперь она не падает с бешенной скоростью, а постепенно снижается. Земля совсем близко и… Ничего. Мягкое приземление. Вики не слышит звука ломающихся костей, не ощущает парализующей во всем теле боли, не выплевывает кровяные харчки. Она смогла.
— Неплохо, мисс Уокер.
А, ну да, не одна она и в буквальном смысле.
— Хотели убить меня?
Сатана рассмеялся. Правда в том, что Вики не была уверена, что это смех. Больше походило на то, что на Небеса надвигалась буря, от которой никому не спрятаться. И да урожая с полей Люцифера и Вики можно не ждать, антициклон решил жахнуть пшеницу под самый корень.
— Мисс Уокер сильно недооценивает меня. Если бы я хотел, вы бы уже тут не стояли. Это всего лишь иллюзия, не способная причинить какой-либо вред. Вынужден отдать должное, зрелище было достойное. Не каждому под силу победить свой страх. Как говорят, рожденному ползать летать дается с трудом.
— Но все же дается, — подытожила Вики.
— Главное, чтобы крылья в самый ответственный момент не подвели.
По спине прошелся холодок. Угроза или показалось?
— Вам знакомо это место, мисс Уокер? — Сатана расставил руки в стороны, являя ей красоты, окружающей их матушки природы.
Она уже была здесь. Совсем недавно. Вики была здесь с Люцифером.
— Хвост Дракона, — сухо произнесла непризнанная.
Владыка Ада довольно кивнул.
— Знаете, почему так называется? После того, как мой сын создал эту проклятую людьми трассу, я подарил ему морского дракона. Он был так счастлив в тот день, а я тогда понял, что все-таки взрастил чадо достойное своего отца. Конечно, ему еще многому предстоит научиться, но… Всему свое время.
— Зачем мы здесь? Явно не для того, чтобы вы успехами сына похвалились.
Если и отхватывать от могущественного существа, то хоть не дрожать перед ним, словно осиновый лист.
— Я очень редко это говорю, но я люблю своего сына.
— Очень редко — это практически никогда?
Сатана ухмыльнулся.
— Прямо раскрываетесь предо мной в новом ключе. Как думаете, способен Люцифер совершить нечто настолько ужасное, после чего вы, Виктория, взглянуть на него не захотите? Не отвечайте сразу, подумайте.