Вскрыв все пять небольших футляров-тубусов, три из которых оказались пустыми, я достал два портальных свитка. И оба на идентификацию откликались одинаковой информацией:
«Свиток возвращения»
Уровень предмета: 713
«Просто развернуть до конца»
Два желтых от времени пергамента, свернутых в трубочку, на каждом из которых – если чуть отогнуть края, заметны рисунки портальных арок. Разных – одна черная, с зелеными прожилками, вторая тоже черная, но с прожилками уже багрового огня.
- Не думаю, что использование этих свитков ведет в место, где тебе помогут, - хрипло произнес Ронан, разглядывая пергамент в моих руках. – Скорее даже наоборот, - поджав губы, добавил полуэльф после тяжелой паузы.
- А что делать? – с излишней резкостью произнесла Марина, обернувшись к оборотню так резко, что ее черные локоны взмыли словно застывшее в моменте вороново крыло.
Меня понемногу вновь начинало накрывать противной слабостью – картинка происходящего становилась более размытой, голоса искажались, а веки наливались тяжелой слабостью.
Полуэльф поднял руку, словно призывая к вниманию и открыв интерфейс, вдруг снял свою вышитую узором ярко-зеленую рубаху, оставшись по пояс голым. Выпрямившись и повернувшись боком, он продемонстрировал всем татуировку на плече.
Сначала я вспомнил, что у оборотня отсутствует защита рунного орнамента. И только после понял, что узор на его плече вовсе не от татуировки. Он был… чуждым, отталкивающе-вязким, агрессивным. А присмотревшись – сфокусировав взгляд сквозь слезящиеся глаза, я увидел короткий и широкий шрам в центре серого изломанного узора.
Обычная прививка – вдруг понял я. Вирус вводиться в организм, организм с ним справляется. И действительно, все сходится – гоблин ведь чиркнул меня копьем совсем вскользь, поэтому черного яда попало в рану совсем немного.
- Касание скверны, - произнес Ронан, посмотрев сначала на меня, потом на Марину. – Тебя не убило сразу, и до сих пор ты сумел сохранить разум – значит, шанс выжить у тебя есть. Сейчас, когда больше не сможешь сопротивляться, откройся для тьмы и тебя ждет… определенное испытание. Если его пройдешь, черная скверна перестанет быть для тебя страшной.
- Если? – прохрипел я.
- Если, - кивнул оборотень.
- Что мне надо делать? Просто ждать?
- Сопротивляйся до последнего момента, старайся не терять сознание. Потом поддайся. Это важно – ты должен провалиться в беспамятство самостоятельно – словно сам прыгнул в пропасть, а не тебя толкнули. Дальше придется разбираться самому, у всех происходит по-разному.
- Какие шансы?
Даже чувствуя, как вновь накатывает беспамятство, я мог формулировать на удивление емкие вопросы.
- Очень высокие, - успокоил меня оборотень.
- Подробнее! – сквозь зубы произнес я.
- Из десяти добравшихся до той стадии заражения, в которой ты сейчас, выживает иногда даже двое-трое, - пожал плечами оборотень.
Выругавшись, я откинулся на свернутую шкуру, служившую мне подушкой.
Действительно, шанс невероятно высок. Особенно если держать в уме это его «иногда двое-трое», то…
- Мы тебе поможем, - неожиданно произнес полуэльф и тут же добавил, бросив взгляд на спутников, – Они помогут, вернее.
«Как?» - одними губами произнес я.
- У нас в отряде два служителя разных богов. Они помолятся за тебя, - произнес оборотень и хмыкнул, - шанс конечно невелик, ведь обращаться к богам это как звать стражу во время кабацкой драки. Но они будут молиться и надеяться, - снова посмотрел Ронан Бан-Роан поочередно на рыцаря, после на Анну.
Сначала я по привычке подумал было, что полуэльф пытается шутить. Даже зло дернул уголком губ – желая сказать ему в ответ что-то обидное, а потом вдруг вспомнил и параметр «Молитвы» в характеристиках рыцаря, и «Божественную милость» в описании экипировки жрицы Ассамы. Почему, если в Валлиранте есть магия, не может быть идущих на контакт с людьми богов? Вполне себе могут – да и служительницы Лунатиарны вполне реально исцеляли и возвращали к жизни умирающих воинов, вот прямо на моих глаза.