— А что в этом такого особенного? Нападения на дорогах такая редкость?
— К сожалению нет. Редкостью являются требования выкупа. И ещё большей редкостью является самостоятельное освобождение таких пленников, да ещё и с уничтожением банды.
— Раз вы всё знаете, какие могут быть вопросы?
— К сожалению, у местных мы узнали в общих чертах, очень поздно и не успели связать эту историю, больше похожую на сказку, с тобой и леди Вероной. Может, поделишься подробностями?
— Да рассказывать особо нечего. Видимо, меня хорошенько стукнули по голове, поэтому я помню себя только с того момента, когда очнулся на поляне, заваленной трупами. Потом меня захватили в плен, ещё раз дали по голове, а затем напоили каким-то снадобьем, которое что-то делает с памятью и сознанием. После этого я начал заговариваться и меня сочли неопасным. Когда удалось освободиться от кандалов, я всех убил, привёл Верону в ближайшую деревню, а сам ушёл. Собирался отправиться путешествовать, а тут вы позвали меня «для численности». Вот собственно и всё.
— Сколько их было?
— Кого?
— Бандитов.
— Живыми я видел десятерых. Нет, двенадцать. Двоих я потом отпустил.
— Почему?
— Опасности они уже не представляли.
Наступила тишина. Меня внимательно разглядывали
— Если верить твоему рассказу, то ты великий воин. Однако непонятно, почему ты решил оставить леди Верону, почему вырядился как бродяга и почему ты остался жив.
— Про воина не знаю, дерусь как умею. Почему решил уйти — об этом я не хочу говорить — это только моё. И в чём моя вина, если я остался жив?
— Обычно солдат и наёмников убивают сразу. Может посчитали, что за тебя можно получить выкуп, а может… — взгляд Текло стал нехорошим — ты был одним из них, а потом вы что-то не поделили, вот ты их и… Чтобы замести следы.
Разговор начал приобретать странно знакомые интонации.
— Может, ты ещё скажешь, что пленных у вас не бывает, а есть только предатели? — невольно вспомнились сталинские времена и лозунги.
— У нас, у наёмников, пленных не бывает. Выкупать нас некому, лечить незачем. Раненых, если удача отвернулась, добивают сразу. Вот и странно, почему тебя оставили в живых. Выкуп хотели получить за леди Верону, а тебя оставили просто так, за компанию. Вывод напрашивается сам.
— Вы поди ещё захотите меня арестовать и отправить на допрос с пристрастием?
— Зачем рисковать? Проще сразу убить. А то мало ли, нас ведь всего пятеро.
Я с трудом удержался, чтобы не схватиться за нож. А может этого от меня и ждали?
— Я к вам не напрашивался. Леди Верона меня вообще не интересует ни как женщина, ни как человек, за которого можно получить выкуп. Если у вас возникли подозрения, то нам проще расстаться, чем ожидать удара в спину. А можно решить все вопросы прямо сейчас — я не против.
Я старался говорить спокойно, но по телу пробежала волна, как перед дракой. До сумки с оружием мне не дотянуться, так что надо постараться увернуться от первых ударов, а дальше… видно будет.
Но бросаться на меня не стали. Смотрели внимательно, но за оружием никто не потянулся. Ответил снова Текло.
— Решение уже приняла леди Верона, доверив тебе жизнь. Возможно, она обманывается, возможно, и нет. И я тоже сам позвал тебя. Сделаем так. Ты по-прежнему у нас для количества. Если хочешь — можешь уйти в любой момент. Но если я получу хоть малейшее подтверждение своим подозрениям, то ты умрёшь сразу, без разговоров и выслушивания твоих оправданий.
— А если я чихну, а ты посчитаешь это условным сигналом моим предполагаемым сообщникам?
Текло отвечать не стал.
— Дежурят Шунс, Олаф, Карто — и, отвернувшись, стал готовить себе лежанку.
Остальные тоже стали укладываться, стараясь не смотреть на меня.
Я отошёл немного в сторону, а в голове никак не укладывался наш разговор. Нихрена себе пожелали «спокойной ночи»! Вот так сразу и первый герой и первый подозреваемый! Что теперь крутится в этих дубовых головах? Это у них такая проверка на мою вшивость или они и в самом деле готовы меня прирезать при первом удобном случае?
А я ещё собирал воровать Верону, требовать за неё выкуп! Да с такой охраной меня самого на кусочки порежут при малейшем подозрении! Наверное, я смогу с ними справиться, если нападу первым, но надо ли мне это? Ведь потом надо Верону где-то прятать, отправлять сообщника, которого у меня нет, за деньгами. Ждать неизвестно сколько. А если здесь все такие мнительные и в любом поступке видят только корысть? Да меня через пару дней уже придут арестовывать, а то и убивать.