— Одевай.
— Что? — не понял я.
— Всё это.
— Зачем? — снова не понял я.
Верона чуть вздохнула.
— У тебя сейчас вид бандита с большой дороги после удачного ограбления.
— А станет как у бандита, совершившего два ограбления — хмыкнул я — Да и не люблю я все эти побрякушки.
— Чем богаче ты будешь выглядеть, тем меньше подозрений ты будешь вызывать. А причёску мы тебе изменим.
— А с ней что не так?
— Обычно такую, как у тебя, носят люди, ни капельки не ценящие чужую жизнь и готовые убить за малейшее слово возражения.
— Примерно так я себя и чувствую — снова хмыкнул я — Пусть другие боятся.
— Бояться — это хорошо — согласилась Верона — но такие люди не признают ничьей власти, и твоё присутствие рядом со мной будет выглядеть странным.
Пришлось согласиться, и когда вернулись в комнату Вероны, пришлось молча терпеть её издевательства. Для начала она усадила меня на пуфик рядом с зеркалом и стала колдовать с причёской. Я всегда любил, когда меня гладят по головке, а тут ещё и Верона, словно специально старалась коснуться меня почаще. На всякий случай я закрыл глаза, но лучше не стало. Теперь я ощущал каждый шорох платья, и чуть ли не всем телом ощущал тепло, идущее от Вероны. Вроде и я не замёрз, и она не похожа на печку, но ощущения были очень необычные.
Когда через полчаса Верона сочла результат приемлемым и подвела меня к ростовому зеркалу, я себя не узнал. Волосы с крупными локонами волнами легли на плечи. На левом плече прилепился крупный бант отвратительного лилового цвета, добавилась заколка на рубашке, две в волосах. На рукавах — по три красных ленточки разной длины. На правой щеке появилось нечто, напоминающее зелёный листочек. Вкупе с цепью на шее, руками в перстнях и мечом, усыпанном драгоценными камнями, в моём понимании, я выглядел очень даже странно. Верона надела мне на голову чёрный бархатный берет, как-то по особому примяв его и оглядела меня с видимым удовольствием.
— И на кого я похож сейчас? — с подозрением спросил я.
— На мужчину, сгорающего от страсти и готового биться с любым, кто посмеет обидеть его даму сердца — улыбнулась Верона — Теперь, что бы ты не сделал, это спишут на любовную горячку.
— Так просто? Несколько бантиков, ленточек, и твори, что хочешь, безнаказанно?
— Ну почему безнаказанно? Тебя не посмеют обвинить в корысти, подлости, да и то только в том случае, если ты будешь рядом со мной. В противном случае никакого снисхождения не будет.
Я снова оглядел себя. А что, может и ничего.
— Но тогда и тебе, наверное, нужны какие-то знаки?
— А я ещё пока ничего не решила — засмеялась Верона — Ведь ты только начал своё ухаживание, а я женщина очень скромная.
Верона ушла переодеваться, а я позволил себе усмехнуться ей вслед. Смейся, развлекайся, дурочка. Я подожду подходящего момента, а потом ударю в самое больное место. Посмотрим, кто будет смеяться последним!
Следователь выглядел очень прилично. И одежда, и манеры говорили о высоком положении. Да и с Вероной разговаривал почти как с равной. Может он и правда был из благородных, а может должность давала ему такую уверенность в себе. Но взгляд был умным, и я почти успокоился. Такой не будет брать на горло, выбивая признания. Такой и сам сможет докопаться до правды, не калеча тела. Ну а души… во всяком случае, явной вины я за собой не чувствовал, так что спокойно уселся на указанный стул, а Верона устроился у стеночки.
— Как так получилось, что человек, которого разыскивают по всей столице, неожиданно снова связался с вами, леди Верона?
— Он мой телохранитель. После возвращения из поездки я предоставила ему время для отдыха.
— Когда вы договорились о его встрече с бароном?
— Всё было совершенно случайно, насколько я знаю.
— Вам не кажется странной такая невероятная цепочка случайностей?
— Последнее время мне очень многое кажется странным. Вы вправе ставить под сомнение любые слова, но Гордану я доверяю полностью. Если он сказал, что всё было случайно, значит так и есть. Он мой телохранитель.
Ох, зря она это сказала, ох зря. Сразу напрашивается вопрос — а не по её ли приказу я действовал? А если ещё и дознаются, что я за время «отпуска» успел познакомиться и с лордом Киксо, то любой мало-мальски амбициозный следователь враз сделает себе карьеру, раскрыв заговор против короля. Киксо во главе, Верона у него на побегушках, а я — для черновой работы.
Но следователь почему-то не стал развивать эту тему. Помрачнев, он принялся перекладывать бумажки, не глядя на нас.
— Давайте поговорим о более близких и конкретных вещах.