— Вот Мистрато, — произнёс полковник Джоунс. Компьютер навигационной системы уже дал команду системе управления повернуть на север, чтобы подальше облететь сам город и ведущие к нему дороги. Оба пилота внимательно следили за земной поверхностью, стараясь заметить все, что напоминало человека, жилой дом или автомашину. Маршрут полёта был выбран, разумеется, на основе спутниковых фотографий, сделанных как в дневное, так и в ночное время с помощью инфракрасных лучей, но всё-таки следовало быть наготове и ждать любых сюрпризов.
— Бак, первый район приземления через четыре минуты, — произнёс Пи-Джи по системе внутренней связи.
— Ясно.
Сейчас они летели над провинцией Рисаральда, составляющей часть огромной долины, которая лежала между двумя колоссальными горными хребтами, вздымающимися к небу в результате сдвига земной коры. Пи-Джи в свободное время увлекался геологией. Он знал, какую мощность должны развивать газовые турбины, чтобы поднять его вертолёт на такую высоту, но какие космические силы могли поднять на такую высоту горные пики?
— Вижу посадочную площадку номер один, — доложил капитан Уиллис.
— Я тоже, — ответил полковник Джоунс и сжал штурвал, принимая управление вертолётом на себя. Он включал систему связи. — Одна минута. Пулемёты к готовности.
— Исполняю. — Сержант Циммер встал с кресла и пошёл в сторону кормы.
Сержант Бин привёл в готовность пулемёт на случай неожиданности. Циммер поскользнулся и едва не упал в лужу рвоты. Ничего необычного в этом не было.
Теперь, когда они летели под прикрытием горных вершин, болтанка уменьшилась, но на палубе сидели измученные парни, думающие только о том, чтобы побыстрее ступить на твёрдую землю. Циммеру было трудно понять их желание. На земле им угрожала опасность.
К тому моменту, когда вертолёт замер, готовясь к посадке, первое отделение было на ногах, и, едва он коснулся земли, солдаты бросились к кормовому люку.
Циммер пересчитал их, убедился, что все благополучно покинули вертолёт, и сообщил об этом пилоту. Винтокрылая машина взмыла в небо.
В следующий раз, сказал себе Чавез, в следующий раз, чёрт возьми, я пойду пешком и туда, и обратно! Ему приходилось переносить не один трудный перелёт на вертолёте, но такой он испытал впервые. Чавез направился к лесу и там подождал, когда его нагонит остальное отделение.
— Ты рад, что ходишь, наконец, по земле? — спросил Вега, поравнявшись с ним.
— Я и не подозревал, что так много съел, — простонал Динг. Все, что было у него в желудке, осталось на полу вертолёта. Он достал фляжку и жадно проглотил пинту воды, чтобы смыть отвратительный вкус во рту.
— И мне не нравятся аттракционы, — согласился Осо. — Никогда больше, приятель!
— Полностью согласен. — Чавез вспомнил, как стоял в очереди, чтобы прокатиться в Нотт-Берри-Фарм и других увеселительных парках Калифорнии. Больше — ни разу!
— Как чувствуете себя, Динг? — спросил капитан Рамирес.
— Извините меня, сэр. Такого со мной ещё не было — ни разу! Через минуту я буду в полном порядке, — пообещал он командиру.
— Можете не спешить. Мы выбрали для посадки спокойное, тихое место. — По крайней мере надеюсь, что это так, подумал Рамирес.
Чавез потряс головой, стараясь избавиться от головокружения. Он даже не подозревал, что воздушная болезнь начинается во внутреннем ухе, а полчаса назад не знал, что такое вообще воздушная болезнь. Но он поступил правильно, делая глубокие вдохи и встряхивая головой, чтобы восстановить равновесие. Он знал, что земля у него под ногами неподвижна, но часть его мозга сомневалась в этом.
— Куда теперь, капитан?
— Мы уже двигаемся в нужном направлении. — Рамирес хлопнул его по плечу. — В путь.
Чавез надвинул на глаза очки ночного видения и пошёл через лес. Господи, как неловко. Больше никогда он не попадёт в такое неприятное положение, пообещал себе сержант. Поскольку голова по-прежнему убеждала его, что он двигается, по-видимому, в том направлении, куда его не в силах нести ноги, Чавез сконцентрировал все внимание на местности и на том, чтобы бесшумно ступать на землю Скоро он опередил отделение на двести метров. Первый этап перехода болотистой местности несложен, это всего лишь тренировка, в ней нет ничего серьёзного, убеждал он себя. Однако на самом деле операция началась.
Поняв это, Чавез победил последние остатки тошноты и взялся за дело всерьёз.
Этим вечером все трудились допоздна. Следствие продолжалось, да и будничными делами тоже приходилось заниматься. Когда Мойра вошла в кабинет мистера Шоу, она обдумала всё, что хотела ему сказать. Присутствие мистера Мюррея её тоже не удивило, хотя, когда он заговорил первым, это застало её врасплох.
— Мойра, вас расспрашивали относительно поездки Эмиля? — спросил Дэн. Она кивнула.
— Да, но я кое-что забыла. Я хотела сказать вам об этом сегодня утром, мистер Шоу, но, когда я пришла раньше обычного, вы спали. Меня видела Конни.
— Продолжайте, — подбодрил её Билл, не зная, следует ему чувствовать себя от этих слов лучше или нет.
Миссис Вулф села, затем повернулась и взглянула на открытую дверь. Мюррей подошёл к двери, закрыл её и на обратном пути положил руку ей на плечо, стараясь ободрить женщину.
— О'кей, Мойра.
— У меня есть друг. Он живёт в Венесуэле. Мы встретились... в общем, мы встретились полтора месяца назад и... мне трудно это объяснить. — Она колебалась, глядя на ковёр, потом снова подняла голову. — Мы полюбили друг друга. Каждые несколько недель он приезжает в Штаты по делам, а когда директор Джейкобс уехал, мы решили провести вместе уик-энд в мотеле «Хайдэуэй», в горах, недалеко от Лурей-Кэвернс.
— Я знаю это место, — кивнул Шоу. — Там очень хорошо, если хочешь укрыться от всего окружающего.
— Так вот, когда я узнала, что мистер Джейкобс собирается уезжать и у нас появилась возможность провести длинный уик-энд, я позвонила ему. У него фабрика, где производятся запчасти для автомобилей, — вообще-то, две фабрики: одна в Венесуэле и другая в Коста-Рике. Изготавливаются карбюраторы и тому подобное.