Итак, в данном случае у Гидры удалось отрезать две головы. Месяца через три материалы расследования поступят в федеральный суд округа. Процесс продлится около недели. Защита будет стараться изо всех сил, но, если федеральный прокурор проявит осторожность при представлении суду вещественных доказательств, он выиграет процесс. Защитники попытаются опровергнуть улики, представленные береговой охраной, однако нетрудно предвидеть точку зрения прокурора: присяжные заседатели, глядя на капитана Уэгенера, увидят героя, а посмотрев на обвиняемых, увидят подонков. Единственная тактика, которую может выбрать защита, почти несомненно принесёт обратные результаты. Далее, судья должен вынести своё решение — но процесс будет проходить на Юге, где даже у федеральных судей представление о правосудии простое и ясное. Как только обвиняемых признают виновными, начнётся этап вынесения приговора, и снова это произойдёт на Юге, там, где население читает Библию. Присяжные заседатели примут к сведению отягчающие обстоятельства: убийство всей семьи, состоящей из четырех человек, вероятность изнасилования, убийство детей и провоз наркотиков.
Да, но на борту яхты было спрятано много денег — миллион долларов, возразит защита. Убитый глава семьи связан с наркобизнесом. А какие у вас доказательства? — благочестиво спросит прокурор. Кроме того, какова вина жены и детей? Присяжные заседатели выслушают все это внимательно, трезво, едва ли не с благоговением, получат рекомендации от того же судьи, который посоветовал с самого начала признать обвиняемых виновными. Затем присяжные удалятся на заседание, проведут там достаточно времени, обдумывая своё решение, делая вид, что взвешивают доказательства «за» и «против», и придут к заключению, принятому несколько дней назад. После этого вернутся в зал суда и объявят приговор: смерть. Преступники, больше не являющиеся обвиняемыми, будут переведены в федеральную тюрьму. Без сомнения, приговор будет автоматически обжалован, однако, если судья не допустил никаких серьёзных ошибок во время процесса, отмена приговора маловероятна — слишком очевидны вещественные доказательства.
Потянутся годы обжалований. Представители общественности станут возражать против смертной казни из философских соображений — Мюррей не был согласен с такой точкой зрения, хотя и уважал подобных людей за их настойчивость. Рано или поздно Верховный суд примет решение по этому вопросу, однако верховники, как звала их полиция, отдавали себе отчёт в том, что, несмотря на прошлые решения, отвергающие смертную казнь, в конституции ясно предусматривалась её неизбежность, а воля народа, выраженная через представителей в конгрессе, недвусмысленно требовала смертной казни при определённых преступлениях, связанных с наркотиками. Большинство конгрессменов выразили эту точку зрения сухим и точным языком. Таким образом, лет через пять, после того как все обжалования будут рассмотрены и отклонены, обоих убийц посадят на деревянный стул, пристегнут электроды и включат рубильник.
Это удовлетворит Мюррея. Несмотря на весь опыт и обширный кругозор, он оставался прежде всего полицейским. Было время, после выпуска из академии ФБР, когда он считал, что вместе со своими однокашниками — большинство их уже ушли на пенсию — действительно сумеет изменить мир. Судя по статистическим данным, они добились немалого, однако статистика — наука слишком сухая, слишком удалённая от простых людей. Для Мюррея борьба с преступным миром состояла из множества маленьких схваток. Жертвы преступления всегда оказывались в одиночестве — их грабили в одиночестве, похищали, насиловали и убивали в одиночестве, и все они являлись отдельными личностями, которых могли спасти или отомстить за них — жрецы-воители из ФБР. И здесь его взгляд на мир определялся ценностями католического образования, поскольку бюро оставалось цитаделью ирландско-католической Америки. Может быть, он не сумел изменить мир, зато спас немало жизней и отомстил за многих погибших. Как всегда, появятся новые преступления, но все битвы Мюррея заканчивались победами, и в конечном итоге, верил он, наступит перемена для его общества, и эта перемена принесёт положительные результаты. Он верил в это так же твёрдо, как верил в Бога, каждый схваченный преступник означал скорее всего спасённую жизнь когда-то в будущем.
И в данном случае он ещё раз способствовал торжеству справедливости.
Но это отнюдь не повлияет на торговлю наркотиками. На своём новом посту Мюррей получил возможность заглядывать далеко вперёд, о чём рядовые агенты ФБР говорят лишь после окончания рабочего дня, сидя за коктейлем. Хотя им и удалось отрубить две головы, арестовав этих убийц, у Гидры уже выросли две новые, а может быть, их уже и больше. Ошибка Мюррея заключалась в том, что он не следовал развитию мифа до его логического завершения, как сделали это до него другие. Геракл убил Гидру после того, как изменил тактику. Один из людей, помнивших это, находился в кабинете рядом с ним. Но Мюррею ещё не было известно, что, достигнув того уровня, на котором ты получаешь возможность принимать решения, открывающаяся панорама постепенно меняет твою точку зрения.
Кортесу тоже нравилась открывающаяся перед ним панорама, хотя на высоте этой крепости атмосфера была достаточно разреженной. Его новый босс отлично владел примитивными способами демонстрации своего могущества. Массивный письменный стол с креслом был повёрнут по отношению к широкому окну так, что сидящие напротив не могли рассмотреть выражение его лица. Он говорил спокойным, тихим голосом, в котором ощущалась недюжинная сила. Жесты его были сдержанными, речь мягкой. На самом же деле это был человек исключительной жестокости и, несмотря на все своё образование, гораздо менее интеллектуальный, чем он себя считал. Но именно поэтому ему и понадобились услуги Кортеса. Тем временем бывший полковник кубинской секретной полиции, получивший подготовку в Москве, устремил свой взгляд на зелень раскинувшейся перед ним долины. Он не возражал против того, чтобы Эскобедо занимался играми, давая своему посетителю зримое доказательство своего могущества. Кортес играл в подобные игры с намного более опасными людьми, чем этот.