– Это не просто грамматическая ошибка в тексте, вы оклеветали мою маму! Я больше не хочу сниматься в этом проекте! – кричал Богдан.
– Да пожалуйста, – режиссер был абсолютно спокоен, и это еще больше злило Богдана. Но когда парень собрался покинуть съемочную площадку, Серж схватил его за плечо и, наклонившись над ухом парня, сказал так тихо, чтобы парень прочувствовал мощь каждого слова, освободившись от эмоций. – У тебя есть два выхода: бросить сейчас все и заплатить телеканалу неустойку за срыв съемочного процесса, а это стоимость трех оставшихся серий, плюс штраф за разрыв контракта. Ты же не забыл, что подписал договор? Думаю, сумма впечатлит даже такого независимого мальчика, как ты. Или же другой вариант.
– Какой? – немного усмирил свой гнев Богдан.
– Выиграй в этом сезоне, и как победитель потребуй награду. Очисть имя своей матери.
Над словами режиссера стоило задуматься. Богдан еще не зарабатывает денег, поэтому его безрассудное поведение выльется маме не только подмоченной репутацией, но еще и неподъемным долгом.
– Хорошо, я продолжу сниматься, – успокоившись, ответил Богдан.
– Вот и молодец. В таком случае готовься. Сегодня тебе предстоит пройти лабиринт.
Об условии прохождения очередного испытания участникам более подробно на камеру рассказал ведущий Лев Самойлов своим восхитительным голосом бывшего ринг-анонсера. Путем жеребьевки их разбили на пары, Богдану досталась Рая. Вместе они должны были пройти лабиринт и, справившись со всеми заданиями, найти выход. Та пара, которая не управится до двенадцати часов ночи, выбывает из проекта.
Когда еще только Богдан вошел в лабиринт, даже через стену почувствовал тепло от людей, спрятавшихся за перегородкой. Вдоль каждой стены тянулось темное зеркало, за которым примостились операторы, снимающие каждое движение конкурсантов. Без особого напряжения Богдан слышал слова, произносимые за стеной, и знал, что именно от него хочет режиссер и главный редактор, лично решившая проконтролировать финальные съемки.
В основном парню приходилось бороться со страхами Рады. Он переносил ее через пылающий мост; помогал достать из аквариума с пауками ключ от двери в следующий отсек лабиринта; разгребал какую-то мерзкую слизь, чтобы увидеть подсказку, и попутно отбивал атаку остальных участников. Богдан не тратил силы на нападение, а целенаправленно двигался к выходу. Когда же они оказались в последнем отсеке, входные двери наглухо закрылись, и Богдан с Раей оказались запертыми в пустой комнате без единой подсказки.
– Попались голубки, – зло усмехнулась главный редактор.
Богдан сдержал улыбку, не намереваясь показывать съемочной группе, что, хотя их и разделяет стена, но он видит тепло их тел и слышит их голоса. Его напарнице, суда по всему, не досталась подобная способность.
– И что теперь? – спросила Рая, не найдя никакого выхода.
– Думаю, надо взять паузу и немного отдохнуть, – предложил Богдан, услышав разговор между режиссером и одним из операторов. Главный режиссер давал указания, кто из операторов будет снимать крупный план, а кто общий, когда участники присядут.
Парень расслабленно откинулся на мягком диване и сделал вид, что жутко устал и сейчас наслаждается паузой. Атаки других конкурсантов давно прекратились, Рая в этом плане казалась совершенно безобидной. Он заметил в ее ухе скрытый микрофон, такой же, как ранее был у него, и несколько раз уловил подсказки, адресованные ей от редактора. Возможно, у девушки и были какие-то незначительные таланты, но до финала она дошла только благодаря эффектной внешности и сговору со съемочной группой.
– Почему между ними ничего не происходит?! – недовольно пропищала редактор.
– А что ты хотела от этого парня? Он, наверняка, еще девственник. Думаешь, так легко заигрывать с такой красоткой? – ответил ей режиссер.
– Надо создать для них интимную обстановку, – предложила журналистка.
– Да, пора. А то они так и будут сидеть, – согласился режиссер. – Давайте следующий этап.