6 глава
,– Мама! – с облегчением выдохнул Богдан, когда утром, наконец, услышал ее голос. – Я столько раз тебе звонил, но ты не отвечала… Я так волновался. Это из-за анонса? Ты рассердилась?
– Пусть это глупое телешоу тебя не волнует, – услышал он ласковый голос близкого человека. – Эти дни я была вся в заботах и очень устала, поэтому, когда ты звонил, крепко спала.
– Ты еще не знаешь, но там так все перекрутили... Я даже не знаю, как тебе сказать…
– Прости меня, сын, – прервала его мама и, не дав опомниться, заговорила так быстро, что Богдану оставалось только слушать. – Я не сказала тебе всей правды.
– Ты не та, кем я считал тебя всю жизнь? – Богдану почему-то вспомнились слова Раи. Показалось, что именно они должны прозвучать в следующую минуту.
– Маленьким ты спрашивал меня об отце, но я никогда тебе о нем не рассказывала. Это не потому, что он был случайным человеком, который, не желая того, подарил мне тебя.
Мама сделала паузу. Богдан не торопил ее, опасаясь, что маме не хватит решимости продолжить исповедь. Наконец настал день, и она выпустит ту боль, которой многие годы не хотела делиться с ним.
– Еще до твоего рождения отца предательски убили. Я очень сильно любила его и просто обязана была защитить частичку нашей любви, оставшуюся во мне. Чтобы уберечь своего сына, я запечатала твою силу сразу после рождения. Однако все это время я не сидела, сложа руки, а готовила для тебя мощную поддержку. Ты должен занять положение, предназначенное тебе по праву...
Неожиданно связь прервалась: телефон погас. Богдан поспешил поставить его на подзарядку, но тот все равно не включался.
– И почему техника подвела именно во время такого важного разговора?! – подумал Богдан и заскрипел зубами от переполняющей его злости.
От досады парень ударил кулаком по кровати. К счастью, в голове промелькнула здравая мысль, не позволившая ему впасть в отчаяние: в мире существует не один только его мобильный телефон. Полный решимости, он направился к двери, и в этот момент ощутил сильнейшую атаку. Не успел он вскрикнуть от боли, как нападение прекратилось. Один вдох и атака возобновилась, зажав его тело в невидимые тиски, а на выдохе – полное послабление. После нескольких таких повторений Богдан потерял сознание.
Утром он проснулся, лежа на том же месте на полу, где очнулся ранее. На удивление, Богдан чувствовал себя бодро, полностью отдохнувшим, словно ночью ничего и не происходило. Он кинулся к мобильному телефону – тот был в полной исправности, заряженный на все сто, но мама на звонки не отвечала.
В дверь постучала журналистка. С деловым видом она наблюдала за сбором участника шоу, оправдывая свое пристальное внимание обязанностью проконтролировать, чтобы никто из «героев» не опоздал на съемки.
До ее визита Богдан сгорал от беспокойства за маму, но сейчас на него нахлынуло какое-то неестественное спокойствие, словно бы он впал в транс. Его душа отделилась от тела и откуда-то сверху наблюдала за происходящим.
В микроавтобусе уже сидела Инна Лабезная. Скромно умостившись на заднем сидении, она отвернулась к окну, с видом пассажира маршрутки, которому нет дела до случайных попутчиков. Богдан почувствовал льющиеся из женщины мощный враждебный поток энергии, но он был совершенно безобидным для парня. Ее атака сравнима с уколами зимнего ветра, который не в силах навредить, а может только доставить неудобство, неприятно щекоча кожу.
– Филиппа Мартыненко забирать не будем. Он попал в больницу и, судя по всему, надолго, – сказала, Даша закрывая двери за Раей – последней участницей шоу. – Теперь вас осталось трое. Это, конечно, не то, что мы планировали, но так уж получилось.
– Он заболел? Что-то серьезное? – спросила Рая, присаживаясь рядом с Богданом.
– Наверное, переволновался, – ответила журналистка, покручивая указательным пальцем у виска.
– Слабак! – хмыкнула Лабезная. В ней не было ни капли жалости к человеку, потерявшему рассудок.