– А что с тобой случилось? Расскажи, как ты попал в квартиру к Чужовым?
– Если вкратце, то в результате случайного эксперимента меня перебросило в ваш мир. Я очнулся и просто пришел к себе домой. Только потом я понял, что это не мой дом и не мой мир вообще, – опять ответил я не очень понятно, но стрелка даже не колыхнулась.
– Хорошо, давай напрямую, кто руководил этим экспериментом и направлял тебя?
– Эксперимента не должно было быть, я споткнулся и упал на рычаг, а дальше все слишком быстро произошло, я ничего не успел понять, как очутился тут.
– Это невероятно. Как ты это делаешь? Кто научил тебя всему этому? – не выдержал полицейский.
– Научил чему? – не понял я.
– Не важно. У меня к тебе последний вопрос. Ты сказал, что у тебя нет дома, куда же ты пойдешь, у тебя есть друзья?
– Да, есть. У меня есть друг Мишка, но я не знаю, где он сейчас.
– А фамилия у твоего Мишки есть?
– Когерев Михаил Константинович, – опять решил честно ответить я, в надежде, что меня уже скоро выпустят.
– Так-так. Знакомая фамилия, это его отец – сумасшедший академик? Интересная у тебя компания. Это они тебя подговорили пробраться в дом Чужовых?
– Вы не понимаете, я и есть Чужов. Я просто пришел к себе домой, потому что тогда не знал, что это не совсем мой дом.
Следователь выключил прибор. Получалось, что он ничего толком не смог разузнать. Прибор показывал, что я говорил правду, а этого просто не могло быть. Оба полицейских о чем-то тихо шептались, потом дружно поднялись и вышли из комнаты. Я сидел и думал о том, как там сейчас Мишка, удалось ли им укрыться в безопасном месте?
Дверь грубо распахнулась и вошел новый полицейский, грозный дяденька с кобурой и дубинкой на поясе. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
– Послушай, мальчик. Ты можешь мурыжить нам голову сколько угодно, но тогда ты никогда отсюда не выберешься. А ну, давай говори правду, кто у вас в банде главный, кто руководил операцией? И какова цель нападения?
Я не знал, что ему ответить, потому что любые мои ответы вывели бы его из себя. Поэтому я молчал. Но это еще больше злило полицейского, и от этого он кричал на меня еще громче:
– Хватит выгораживать своих подельников, они тебя бросили, как последние трусы. Сейчас никто тебе не поможет, кроме тебя самого. Или ты добиваешься, чтобы тебя заперли в одиночной камере?
– Нет, – дрожащими губами ответил я. – Я хочу домой к маме, – только и успел я сказать, как тут же заревел, как девчонка, обливаясь потоком горьких слез. – Дайте позвонить маме, вы обязаны дать мне позвонить.
Полицейский выпрямился и, не сказав ни слова, удалился. Через минуту вошел другой и протянул мне телефон.
– Номер знаешь? – спросил он.
– Да, – взял я трубку и стал по памяти набирать номер.
Ответил знакомый и такой родной голос:
– Алло, слушаю.
– Мамочка, – не сдерживая слез, всхлипывал я. – Приезжай ко мне, пожалуйста, я в полиции, они мне угрожают, а я ничего плохого не сделал, приезжай скорее, прошу тебя.
– Сынок, это ты? – удивилась она. Потом взяла себя в руки, это не мог быть Сережа, потому как тот сейчас сидел в своей комнате. – Мальчик, я тебя поняла, мы сейчас приедем вместе с Сережей, и ты нам все расскажешь. Не бойся, все будет хорошо, мы скоро приедем.
Мне сразу стало легче. Моя мама, хоть и не совсем моя, но такая же добрая и ласковая, приедет ко мне, я ей все объясню, и она заберет меня отсюда.
Глава 15. «Новая» машина
В это самое время двое наших знакомых, отец и сын, сидели в маленьком уютном гараже на окраине города. Папа копался в капоте старого разбитого автомобиля уже давно сошедшей с производства марки «Газ 21» или по-простому «Волга». Корпус ее был изрядно помят, фары разбиты, а лампочки выкручены за ненадобностью. При этом крыша была существенно видоизменена и соединялась с полом через толстую металлическую трубу. На крыше был установлен очень странной формы багажник с торчащими металлическими пластинами, добавляя и так не самой легкой машине лишние пятьдесят килограммов. Из-за широкой трубы в салоне оставалось не так уж много места для пассажиров.
Мишка стоял рядом и подавал инструменты, наблюдая, как отец ловко обращается с автомобилем, успевая при этом рассказывать о сложнейших механизмах внутри. В данный момент профессор чинил неисправность в стартере – устройстве, используемом, чтобы завести двигатель. Работа спорилась, Мишка задавал вопросы, а папа с удовольствием отвечал. Им было что обсудить.
– Эта старушка принадлежала еще моему отцу, то есть твоему деду, и простояла мертвым грузом в гараже тридцать пять лет. Отец любил ее всей душой, но после того, как попал в аварию, ни разу не сел за руль, считая ее проклятой. Я же решил дать ей новую жизнь. У каждого должен быть шанс начать все с начала.