Под ногами пришла в движение платформа, опускаясь вниз. Взору предстало огромное поле, окруженное высокими зеркальными стенами. Могли с платформы и ноги тут же слегка утонули в мягком коричневом покрытии, твердеющем сразу после того, как нога меняла положение. Сотни метров пустоты. Наблюдала за нашим отражением в стенах, любуясь тем как гармонично выглядела рядом с высоким красавцем.
- Здесь тренируют ронэмов, - заговорил Твердь, так и не выпустивший моей ладони из своей.
- Тренируют? - озадаченно посмотрела на него.
- Да, обучают боевым искусствам, закаляют тело, помогая ему стать крепче и выносливее. И еще проходят практики сопротивления гипнозу на поле боя.
Он вел меня вперед, наслаждаясь моим обществом. Я это чувствовала каждой клеточкой тела. Слишком расслаблен он был рядом со мной и это радовало меня.
- Для чего все эти тренировки? Готовят армию? - странное предчувствие засело в груди, словно опасность нависла над головой и вот вот обрушится сверху, уничтожая все на своем пути.
- У Эниола есть армия, - спокойно ответил Твердь, легко поглаживая большим пальцем мою руку, вырисовывая узоры на коже.
- Тогда для чего обучают ронэмов?
- Чтобы могли защитить Каю и Око, - вел меня к центру поля.
- От кого? - прерывисто дыша.
- От любой возможной опасности.
- Разве мы живем не в мире? - в животе защекотало. И чем больше он ласкал мои пальцы, тем сильнее во мне разрасталось нечто неизвестное.
- Мир хрупок. Всегда найдется тот, кто захочет его нарушить. Разве ты не знаешь историю Эниола? - остановился посреди поля, поворачивая меня к себе лицом.
- Нет, - стоило взглянуть на его лицо, как дыхание перехватило. - Расскажешь?- не улыбалась, смотрела как темнеет его взгляд и расширяются ноздри. Твердь исследовал меня тяжелым взглядом. Мы стояли так близко, что я чувствовала на себе его дыхание.
Он не выпускал моей руки, продолжая рисовать пальцами. Поднял вторую, поднеся к моему лицу. Сердце замерло, пропуская удар. Твердь провел костяшками пальцев по щеке. Меня повело от его действий. Следила за эмоциями ронэма, совершенно не думая ни о чем кроме как его запахе, кружившем мне голову. Внезапно захотелось почувствовать вкус губ напротив.
Не задумываясь, приподнялась на носочки приближая лицо к его и легонько прижалась ртом к его мягким губам. Меня словно током пронзило, посылая разряды по телу. Твердь положил руку мне на затылок, второй обняв за спину и прижимая всем телом к себе. Горячий влажный язык прошелся по моим губам, требуя впустить его. Поддалась желанию, позволяя завладеть моим ртом. Сплетаясь языками, мы пробовали друг друга неспеша, смакуя, как самый изысканный десерт. Но голод разгорался стремительно, как пожар. Мы оба вспыхнули, отдаваясь порыву, желанию насытиться вкусом друг друга. Его поцелуи дурманили меня, заставляя забывать обо всем на свете. Я не могла оторваться от мужчины. Закинула руки ему на шею, теребя короткие волосинки, отдаваясь поцелую со всей страстью. Сердце колотилось так громко, что я не слышала совершенно ничего. Твердь все сильнее прижимал меня к себе. Я чувствовала его возбуждение через костюм и понимала, не смогу ему сопротивляться. Мне жизненно необходимо почувствовать этого мужчину в себе, иначе мне не выжить. Он мне нужен. Весь, без остатка.
Внезапно ронэм отстранился от меня, смотря затуманенным взором и тяжело дыша, как после физической нагрузки. Я и сама не могла отдышаться.
- Что…, - не успела договорить, как поле наполнилось голосами.
Есть мысли о том, кто пожаловал?
Глава 28(3)
Испуганно смотрела по сторонам, наблюдая как десятки ронэмов заполняют стадион. В коричневых тренировочных костюмах с черной защитой на груди, налокотниках, наколенниках и в шлемах из черного матового металла. Стройными рядами они проходили через ворота, открывшиеся с правой стороны от нас. Растерянно переводила взгляд с них на Твердь. Но ему казалось было плевать на посторонних. Он не сводил с меня тяжёлого взора и видел лишь меня. Вспыхнула под прицелом зеленых глаз, почувствовав стыд. Дотронулась пальцами до губ, все ещё чувствуя на себе чувственный поцелуй. Грудь ронэма тяжело вздымалась. На его лице застыл немой вопрос. А я не могла дать объяснение своему порыву.