- Всё равно, - зажмурилась, стараясь теперь стереть из памяти отвратительный отрывок прошлого вечера. - Я не должна была столько пить, тогда ничего не случилось бы.
- Нет, Поля. Не поведи себя я, как полный мудак, тогда ничего этого не было.
В голосе слышалась горечь и боль. Он действительно переживал из-за нашей размолвки.
- Прости меня, Тэтчер. Я не подумал, что разговор, казавшийся мне совершенно безобидным, принесет тебе столько боли. Сам испытал то же самое, увидев тебя с этим, как там его…
- Герман. Коллега. Вместе дело ведём, - извинения Лесоруба, расшевелили в груди вчерашние переживания, волнуя сердце, трепещущее птицей под ребрами.
- Я ж думал, что прямо там в ресторане сердце перестанет биться. Только увидел , как другой обнимает тебя и все, мир рухнул. И страшно подумать, что было бы, не найди я тебя вовремя.
- Прости, - повторяла, как на репите.
- Ты прости меня, девочка моя, - взял мою ладонь в свои, целуя тыльную сторону и костяшки пальцев. - Плевать мне на Катю. Ты только нужна. Не хотел больше быть в ее глазах мудаком. Собирался извиниться, и закрыть нашу историю, но не более. Как раз когда ты нас увидела, вспоминали старых друзей и студенчество. Я только тогда понял, что встреча начала принимать совсем другой оборот.
Молча слушала его. Сердце хотело верить Лесорубу. Да что там! Оно уже всецело оказалось на его стороне, но головой боялась прощать. Понимала, эта дрянь не успокоится, пока не почувствует, что он по-прежнему принадлежит ей. А думает она именно так.
- Я твердо сказал ей, чтобы она больше не искала встреч, что тебя люблю и собираюсь на тебе жениться. Поэтому она взъелась. От меня, ведь, свадьбы так и не дождалась за пятнадцать лет.
- Ты словно на каком-то неизвестном языке говоришь, Тимур, - смотрела на него, пытаясь отыскать в глазах подсказку. - О какой женитьбе речь идет?
- О нашей с тобой Тэтчер. Выходи за меня замуж, Полина!
Перед лицом появилась красная бархатная коробочка. Похмельное сознание, начало приходить в себя. В животе встрепенулись тысячи бабочек, разгоняющих ветер крыльями и щекоча живот. Лесоруб открыл коробочку, показывая кольцо из белого золота с крупным брильянтом.
- Люблю тебя так сильно, что дышать без тебя не могу. Вчера, когда думал, что потерял тебя, то понял, не смогу и не хочу без тебя жить. Ты нужна мне как воздух, как небо, солнце и луна. Ты делаешь меня лучше. Не вижу никого рядом с собой, только тебя. Останься со мной навечно, Полина. Примешь?
Села на кровати, переводя взгляд с Тимура на кольцо и обратно.
- Да! Конечно да! - выкрикнула, кинувшись ему на шею.
Глава 30 (1)
Глава 30
Леденящий душу ужас, поселился во мне, пропитан собой каждую пору. Страх стал неотъемлемой частью меня, ещё на пути к рубежу. Дни или недели, прошедшие в бесконечной борьбе за выживание, приучили меня смириться с этим тёмным, тягучим чувством. Но здесь, в лабиринте, все эмоции обострилась. Каждый вдох, пронзал острой болью от поселившегося во мне кошмара. Каждый звук, шорох, новый поворот коридора, все заставляло напрягаться всем телом, пробуждать все внутренние резервы на борьбу и выживание.
Рык и женские крики затихли, но я ещё долго боялась пошевелиться, вслушиваясь в тишину. Ждала, что снова услышу топот или звериный рёв. Даже дышать старалась бесшумно, лишь бы не привлечь того, кто обитает в этих стенах. Не знаю как долго сидела, не двигаясь и даже забыла про мышку, ускользнувшую куда-то. Позавидовала маленькой животинке. Ей легче спрятаться в этом кошмарном месте. Как бы хотелось, стать такой же крохотной, незаметной и юркой. Тогда бы, я точно смогла отыскать лазейку к свету в этом темном царстве. Мне оставалось лишь уповать на удачу и мою неутолимую жажду к жизни.
Не знаю как долго просидела в одном положении, вслушиваясь во мрак. Но никаких признаков жизни не доносилось. Как и женских голосов. Но ведь девушки должны находиться где-то рядом, только где? И почему я никак не могу их найти?
Обследование лабиринта не увенчалось ничем. Незнакомок я так и не нашла. Но чем больше, я блуждала по извилистым коридорам, тем сильнее поражалась самому месту. Отвесные скалы, плавно сменились стенами, выложенными древними камнями. Частично раскрошившиеся от времени, покрытые мхом, они смотрелись более устрашающе, чем скалистые пещеры, прятавшие меня всё это время. Благодаря открытому небу, я смогла внимательно изучать стыки камней, стараясь отыскать брешь, которая поможет мне вытащить несколько кирпичиков и увидеть, что таится за этими стенами. Но они очень плотно сидели, не желая двигаться. Даже содрав кожу в кровь, не оставила этой затеи, отыскивая новые прорехи в стенах лабиринта.