Холод острыми иголками вонзился в тело, пробуждая ото сна. Не сразу понимая, что вокруг меня больше не беспрерывный поток воздуха, замерла. Лишь ощутив боль в груди, потянулась руками куда-то вверх. Я гребла, стараясь вырваться из опасных объятий, понимая, что ресурсы моего организма на исходе. У меня не оставалось сил для дальнейшей борьбы, когда лицо разрезало поверхность воды.
Болезненный глоток желанного воздуха в мгновение отрезвил мозг, вырывая его из спячки, в которую тот начал впадать. Легкие обожгло кислородом, запуская их. Прокашлявшись, оглянулась по сторонам. Заметила очертания скал и поплыла в их направлении. Зацепившись за камень, передвигалась вдоль острых выступов скалы, отыскивая участок, где смогла бы выбраться на сушу. Глаза привыкали к темноте, и я наконец-то увидела место, позволяющее вылезти из воды. Добравшись до него, на трясущихся от усталости руках подтянулась вверх, выкарабкиваясь на твердую поверхность. Рухнув на такую непривычную, и в то же время желанную, землю, перевернулась на спину, шумно дыша.
Я не могла насытиться воздухом. Он казался таким сладким и кружащим голову, что я готова была лежать так целую вечность, наплевав на холод, действие которого не замечала, как и наличие усталости. У меня было все необходимое, все, о чем я молила и о чем мечтала: способность дышать и опора подо мной.
Время шло, дыхание уже не вызывало боли в груди, и постепенно холод стал ощущаться всё отчетливее. Напряженная, изможденная и растерянная, я всматривалась в темные силуэты скал и пруда не в силах пошевелиться даже для того, чтобы как-то согреться. Со свода пещеры свисали сталактиты, испещренные мелкими черными точками, замершими во сне. Я надеялась на то, что то были обычные летучие мыши, а не очередные кровожадные монстры, приготовившиеся впиться в мою плоть острыми клыками.
Минуты утекали, и холод все больше проникал под кожу, сковывая своими колкими цепями кости. Игнорировать его не получалось. В поисках тепла осторожно села, обхватывая себя руками, осматриваясь по сторонам. Черные скалы, темный омут, спрятавшийся под водной гладью и никакого знака присутствия жизни, кроме все тех же, замерзших под куполом, темных точек.
Теперь меня занимал один единственный вопрос: куда исчезли остальные девушки? Неужели они не смогли выбраться из-под воды? С ужасом всматриваясь в неподвижную поверхность омута, ждала, что возможно сейчас произойдет чудо и появятся круги, предвещающие появление кого-нибудь из меченных. Но сколько бы я ни ждала их, стараясь даже не моргать, ничего не происходило.
Осознание того, что я осталась совершенно одна в этой тьме, расползалось под кожей муравьиным роем. Страх растекался по мне, парализуя, лишая способности думать. Неизвестность происходящего в совокупности с испугом творили жуткие вещи с сознанием, перестающим функционировать и бороться за выживание. Я боялась даже допустить мысль, что осталась в полном одиночестве посреди этого отвратительного мира. Быть одной в окружении враждебно настроенной тьмы, холода и их агрессивных обитателей, ждущих удобного момента для уничтожения меня, оказалось тяжелее, чем я предполагала. Оставаться в одном положении и не трогаться с места под защитой кокона каменных стен теперь воспринималось как возможное спасение. Рядом находилась вода, вопросом оставался лишь поиск еды. Но и без неё я смогу протянуть какое-то время. Мысль о том, чтобы двигаться дальше, повергала меня в некий ступор. Я не просто опасалась идти в какую-либо сторону, а боялась пошевелиться, спровоцировав тем самым скрытых под покровом тьмы врагов на атаку.
Надежда увидеть кого-то из девушек живыми таяла с каждым мгновением. Меня окружала мёртвая тишина, словно вся жизнь закончилась там, наверху, а здесь существовала лишь смерть. Обняв колени руками, раскачивалась из стороны в сторону, стараясь согреться и понять, как следует поступать дальше. Ужас от пережитого захватил сердце в паутину страха, не позволяя ему высвободиться из плена. И в то же время, оставаться на одном и том же месте также было бы неразумно. Не существовало гарантий, что я окажусь в безопасности, оставшись и замерев без движения. Близость воды и уснувшие под сводом пещеры зловещие, может статься, соседи вызывали тревожные чувства. В этом месте нельзя расслабляться. Тем более, когда рядом не осталось ни одной живой души.