В 1937 году полевые роты Ицхака Саде насчитывали уже 600 человек.
В 1938 году арабы попытались захватить еврейское поселение Ханита, расположенное в чисто арабском густонаселенном районе. Саде со своими бойцами поспешил на выручку. Его отряд, совершивший изнурительный ночной переход, появился у Ханиты в самый критический момент и атаковал, используя фактор внезапности. Арабы дрогнули и, несмотря на численное превосходство, поспешно отступили, не пытаясь сохранить хотя бы видимость порядка.
В тот же день Саде писал своей дочери Изе: «Изале, привет из Ханиты. У нас была трудная ночь. Дома я расскажу, как мы воевали. До встречи. Отец».
Вспоминает Иза:
«Отец жил с нами, пока мне не исполнилось 17 лет. Когда я была маленькой, отец крайне редко бывал дома. Зато когда он появлялся, то это был лучший отец на свете. Я тогда не знала, что он необыкновенный человек, не подозревала, какую роль он играет в жизни ишува. Однажды к нам в гости пришел Авраам Яффе. Он был командиром молодежной организации а-Шомер а-цаир, членом которой я являлась. Я была ужасно горда такой честью и не понимала, почему Яффе так взволнован встречей с моим отцом. Лишь много лет спустя, уже взрослой, я поняла, кем был мой отец».
Ицхак Саде часто говорил: «Создать государство можно и без регулярной армии, но защитить его без нее нельзя». Но в 1939 году, из-за финансовых и организационных трудностей, созданные Ицхаком Саде полевые части были распущены. Бен-Гурион вызвал Саде для беседы.
Они принадлежали к одному поколению, их отличала та же сила ума, та же воля и энергия. Но Бен-Гурион был всецело поглощен национальной идеей, а Ицхак Саде, при всей своей занятости, не отказывал себе в маленьких человеческих удовольствиях. Они не любили друг друга.
— Ицхак, — сказал Бен-Гурион, нервно расхаживая по кабинету, — я знаю, ты прав, и нам еще придется формировать регулярную армию. Но время еще не пришло. Я хочу, чтобы ты создал специальный отряд для борьбы с арабскими бандами, и если понадобится, то и с мандатными властями. Мы не можем оставаться совсем уж беспомощными в военном отношении.
Ицхак Саде сам придирчиво отобрал около сотни людей и составил отряд. Ему уже стукнуло 50, но он не уступал своим бойцам ни в силе, ни в выносливости. Постепенно его, как и Бен-Гуриона, стали называть Стариком.
В мае 1941 года Саде создал Пальмах — ударные роты — динамичную силу Хаганы и костяк будущей регулярной армии. Он командовал Пальмахом до 1945 года. На этом посту в полной мере раскрылись способности Саде как военачальника. Все свои познания в военном деле он привел в логически-последовательную систему. Овладев искусством маневрирования, Саде основывал свою стратегию на теории подвижного боя с использованием преимуществ местности.
«Наши резервы ограниченны, — говорил он, — но мы можем крайним напряжением всех сил сосредоточить удар на главном участке сражения и добиться победы, невзирая на превосходство врага на второстепенных участках фронта». Саде разработал тактику ночного боя. «Ночью врагу кажется, что нас в десять раз больше», — любил он повторять.
Первый командующий считал, что успех сражения определяют не роты и батальоны, а взводы. К командирам взводов он был особенно требователен.
— Вы мои генералы, — говорил он им. Каждому командиру взвода он назначил заместителя. «Гибель командира не должна влиять на успех сражения», — утверждал Саде, предопределяя развитие израильского военного мышления.
Саде волновали не только военные проблемы. У Пальмаха не было средств, что делало проблематичным его существование. Саде ездил из поселения в поселение, встречался с руководителями ишува, просил, требовал, умолял.
— Поймите, — заклинал он, — мы сражаемся не с арабами, а со временем.
И это сражение, может быть, самое важное из всех, выиграл Ицхак Саде. Он сумел получить финансовую помощь даже от англичан. Они раскошелились в 1942 году, когда африканский корпус Роммеля, перешедший в наступление, угрожал прорваться в Эрец-Исраэль.
На одной из встреч с руководителями ишува Ицхак Саде даже закричал срывающимся фальцетом: «Что будет с нашей обороной? Мне нужны сто тысяч человек. Где они?»
В конце концов Саде нашел решение. Каждая рота Пальмаха прикреплялась к какому-нибудь кибуцу. Пальмах стал сочетать работу с военным делом. К началу Войны за независимость силы Пальмаха увеличились в десять раз и составляли три дивизии общей численностью до шести тысяч бойцов.
Наступил 1945 год. Вторая мировая война закончилась. Силы ишува были теперь сконцентрированы на борьбе с мандатными властями. Ицхак Саде стал командующим всеми частями Хаганы. Командование Пальмахом было передано Игалу Алону.