Мужчина вышел на широкий бульвар и, не менее широко улыбнувшись ласковому весеннему солнцу, слился с разношёрстной толпой. Шёл он быстро, то и дело поглядывая на старые, дедовские часы. Пальто пришлось расстегнуть, так пригревало к обеду. Расл явно спешил, на ходу, в который уже раз, вспоминая тот утренний разговор с женой.
Норма была красавицей! Именно красавицей, в которую он влюбился с первого взгляда, едва узрев в одном из рекламных роликов. Длинные, прямые, ниспадающие на плечи светло-рыжие волосы, едва заметные веснушки, разбегающиеся весёлой толпой с переносицы на щёки, прямой, чуть вздёрнутый носик и слегка полные, чувственные губы. И конечно же безумно красивой формы серо-голубые глаза. Эти глаза пленили его и даже работа была позабыта позаброшена. А ведь изобретать круглые сутки напролёт было его страстью. Но вот появилась она, и до самого момента свадьбы у Расла не то что прорыва, а суть маленького шажка в экспериментах не случилось. Потом Норма приняла его предложение, они поженились и вот уже несколько лет жили вместе. Всё, что было до неё и даже то, что будет после, казалось изобретателю совершенно неинтересным. Она являлась любовью всей его жизни, и не меньше.
«А если бы она отказала или вовсе не стала бы со мной знакомиться? — промелькнуло в его светлой голове неприятное предположение. — Смог ли бы я так быстро вернуться к моим начинаниям? Почему я так сильно завишу от этой женщины?!»
Таких мыслей у него не было с самого дня их знакомства и всему виной был утренний разговор. Расл помнил его в деталях, уж так устроен был его, как сам он считал, гениальный мозг.
Он сидел в просторной и такой светлой кухне и поначалу наблюдал как она варит им обоим кофе. Было нечто таинственное в том, что её идеальное тело, грациозные движения и неповторимый запах даже по прошествии стольких лет сводили его с ума. В тарелочках уже лежало по паре бутербродов с сыром и зеленью. Завтрак могла бы приготовить и прислуга, а в случае с господином Клейджем новейший мез, произведённый компанией «Механика», но Норма терпеть не могла вмешательство чужих в их семейную жизнь. Хотя уборку она доверяла универсальному пылесосу, да и готовила весьма редко, предпочитая еду на заказ. В общем ещё одна загадка этой потрясающей женщины. Сам он не вникал в такие подробности, наслаждаясь этими совместными завтраками.
Вот уже многие дни перед этим гения мезотехники терзали мысли о возможности преобразования их семьи в полноценную. Всё, что для этого требовалось, — завести ребёнка. Однако проще подумать, чем сделать. Вначале их брака Норма, сославшись на желание продолжить карьеру модели, предложила отложить вопрос с потомством на будущее. Он также надолго позабыл о нём, но видимо время будущего уже пришло. Теперь следовало как-то ненавязчиво напомнить о ребёнке любимой женщине.
Так и не решившись заговорить, Расл включил большой экран на стене справа. Мужчина с холёной внешностью и безупречной дикцией рассказывал о нескольких происшествиях на дорогах, приготовлениях к празднованию тридцатилетия основания ОМО в соседнем Остаре, съёмках очередной части популярного фильма. Видеоряд мелькал перед глазами, но спроси его кто-нибудь после, и он не смог бы рассказать и десятой доли услышанного и увиденного. В итоге, так и не сумев сосредоточиться на утренних новостях, Расл погасил начавший раздражать экран. Все его мысли были заняты женщиной в белом халатике с такими милыми, стройными ножками. Вернее, он представлял насколько красивым будет их ребёнок. Мужчина был почему-то абсолютно уверен, что тот будет таким же красивым, как Норма и таким же умным, как он сам. Ароматный и полностью натуральный напиток наконец наполнил белоснежные чашки.
— Ешь, — бросила она ему короткое, а сама переместилась со своей тарелочкой на подоконник.
Она часто так делала, а он и перестал замечать. Пока Расл каждое утро пялился в экран на стене, Норма, с чашечкой кофе в руках, обозревала огромный город. Их квартира располагалась в одном из самых престижных небоскрёбов центра и именно она выбрала восемьдесят восьмой этаж. Он не возражал, и вообще потакал любимой женщине во всём. Изобретатель постепенно оборудовал их жилище последними новинками осмовских технологий и собственного гения. Вернее, он поселил у них в квартире свою машину. Сделал он это тайно, совершенно закономерно предположив, что Норма ни за что не согласится на такое соседство. Теперь машина была повсюду, но действовала тайно. Сам Расл часто беседовал с ней в отсутствие супруги, обращаясь к мезу по имени. Машину он назвал Лора. Разоблачение могло дорого ему обойтись, но изобретатель предпочитал риск правде. Однако к комфорту, подаренному ей различными механизмами, его жена отнеслась спокойно. К примеру встроенные в подоконники датчики реагировали на различные действия человека. Как только она подошла и сделала ставший таким привычным жест свободной рукой, затемнявшая оконное стекло дымка начала таять, пока совсем не исчезла. В кухне стало намного светлее, и машина тут же притушила электрический свет нескольких ламп.