Кукла повернула голову с хрустальным скрипом.
– Они наблюдают, – её голосок звучал как запись, прокрученная назад. – Ты нарушаешь правила.
Марта сглотнула ком в горле. «Это галлюцинация. Переутомление. Нужно взять себя в руки…» Но рациональность рассыпалась, как песок сквозь пальцы, когда кукла поднялась, её ноги болтались в воздухе.
– Какие правила? – спросила Марта, удивляясь собственной смелости. – Что вы сделали с Лизой?
Кукла засмеялась, и звук наполнил комнату жужжанием мух.
– Она выбрала путь. Как и ты скоро выберешь.
На столе замигал экран компьютера. Марта, не сводя глаз с куклы, дотянулась до мыши. На мониторе открылся файл – видео с камеры наблюдения её же кабинета. Датировано вчерашним числом. На записи она сама сидела за столом, а за спиной у неё стояла Лиза, одетая в белое платье. Девочка что-то шептала на ухо Марте, чьё лицо на экране заливали слёзы.
– Этого не было… – прошептала Марта, ощущая ледяное прикосновение за спиной.
Кукла наклонилась вперёд, её пустые глазницы вдруг заполнились мерцающими звёздами.
– Память – это нить, которую можно перерезать. Ты хочешь знать, что она сказала тебе?
– Да! – вырвалось у Марты прежде, чем она успела испугаться.
Кукла взмахнула рукой. Воздух раскололся, и Марту накрыла волна воспоминаний:
Лиза стоит за её спиной, пальцы впиваются в плечи. «Они в лесу. Папа… он не помнит. Но ты должна найти глаза. Они в письмах, которые ты сожгла».
– Каких письмах? Я ничего не сжигала! – Марта вскрикнула, вырываясь из видения. Но она помнила: пачка конвертов в камине, пламя, лижущее слова «врата» и «осколок».
– Ты защищала их. От себя самой, – кукла указала на шкаф с историями болезней. – Но правда всё равно найдёт тебя.
Стены кабинета задрожали. С потолка посыпалась штукатурка, а из трещин выползли чёрные щупальца, похожие на те, что Виктор видел в лесу. Марта схватила письмо Лизы, прижимая его к груди.
– Что мне делать? – её вопрос повис в воздухе, став молитвой.
Кукла начала распадаться на глазах, фарфор трескался, обнажая пустоту внутри.
– Беги. Или стань одним из Наблюдателей…
Последним, что исчезло, были её звёздные глаза. На столе осталась лужица чёрной жидкости. Марта опустила в неё палец – субстанция свернулась, образуя слово: «СМОТРИ».
Она подошла к окну, распахнула его. Город внизу был окутан туманом, но сквозь пелену проступали огни – не жёлтые, а синие, как в хрустальном лесу. Где-то там были Алексей и Виктор, а она осталась здесь, на грани двух миров.
– Врата – это глаза… – Марта посмотрела на своё отражение в стекле. Её глаза, всегда такие уверенные, теперь казались ей чужими. «Что если мы все – куклы в чьей-то игре?»
Внезапно в дверь постучали. Три чётких удара. Марта замерла.
– Доктор, это медсестра Анна. Вы в порядке? Я слышала шум.
Голос был знакомым, но Марта заметила – тень под дверью была слишком высокой, а контуры размытыми.
– Всё хорошо, – дрожащим голосом ответила она. – Я… уронила папку.
– Хорошо. Но… вам не стоит копать глубже. Ради вашего же блага.
Шаги затихли. Марта прислонилась к стене, пытаясь унять дрожь. «Они здесь. В самой клинике».
Она вернулась к столу, собрала разбросанные документы. Среди них – старая схема подземных тоннелей под больницей. На полях чьей-то рукой было написано: «Ищи там, где слепые видят».
– Подвал, – прошептала Марта. Там, в глубине, хранились архивы столетней давности. И, возможно, ответы.
Она взяла фонарь, письмо Лизы и фотографию с чёрными глазами Алексея. Каждый шаг к двери отдавался эхом в тишине. Рука на ручке – холодная, как лёд.
– Я должна знать, – сказала она себе, но в глубине души боялась, что правда окажется хуже любого кошмара.
За дверью коридор был пуст. Однако на полу, через равные промежутки, лежали каменные бабочки – точно такие же, как та, что нашёл Виктор.
Марта наклонилась, чтобы поднять одну. Крылья сверкнули: «Глаза видят, но сердце слепо».
– Лиза… ты ведёшь меня? – шёпотом спросила она, но ответом стала лишь тишина.
По пути к лифту стены меняли оттенок, становясь прозрачными, как стекло. Сквозь них мерцали очертания леса – деревья из хрусталя, фигуры Алексея и Виктора вдали. Марта протянула руку, но образ рассыпался.
– Я иду, – пообещала она, не зная, кому.
Когда лифпоездка в подвал началась, свет внутри моргнул. В зеркале Марта увидела не своё отражение, а Лизу. Девочка прижала палец к губам: «Тише. Они рядом».