Реальность на первом этаже
Прогулочный катер быстро рассекал водную гладь, увозя своих пассажиров все дальше от берега. Гости, собственно, не думали расстраиваться: теплый ветер развевал их волосы, брызги воды освежали, а на борту подавали коктейли на любой вкус. Вокруг был смех, радость и чувство свободы. Свобода – это ощущение, когда можешь вдохнуть полной грудью, наслаждаться жизнью, отдаться этому моменту полностью, чем я и собиралась воспользоваться. Переглядки с молодым человеком в белой футболке, по моему затуманенному алкоголем сознанию, несколько затянулись, и я решила действовать. Осушив бокал шампанского, изящной походкой, как мне казалось, я направилась к парню. С каждым моим шагом его силуэт отдалялся от меня, постепенно превращаясь в белое пятно.
Пробуждение было резким. Издав разочарованный стон, я повернулась на бок, пытаясь вернуться в сон, но мне не дали. Филимон – любимая собака – понял, что я проснулась и стал требовать, чтобы на него обратили внимание. Точнее он просто начал скакать по моей сонной тушке, лезть в лицо и в конце завалиться всем весом, требуя, чтобы его погладили и почесали пузо. Эх, Филя, какой же ты обаятельный.
Протерев глаза и беспощадно зевая на каждом шагу, принимаюсь одеваться – утренние прогулки с собакой никто не отменял. Накинув пальто на себя и шлейку на Филю, мы вышли из квартиры. Только в зеркале лифта вместо симпатичного лица, я увидела лохматое, помятое, со следами от подушки, нечто.
— М—да, Филя, а всего несколько мгновений назад я была на катере, наслаждалась игристым и заигрывала с симпатичным парнем, а какое на мне было платье… — Филимон негромко тявкнул, и устремился на выход из лифта, вытаскивая буксиром меня, которая забылась в мечтах. Взгляд зацепил цифру 1, все—таки на нужном этаже мы вышли, а вот странную рябь, которая была на этаже, не зафиксировал ни мозг, ни глаза. Да и как можно было заострить на этом внимание, если тебя тащат, не видя никакой преграды. Нажав на кнопку открытия входной двери, Филька выскочил, а следом и я.
— Филь, ты уверен, что это наш двор? – Я разглядывала зеленую поляну, на которой была толпа людей. Вооруженных людей, целившихся на наши скромные персоны и ждущие приказа стрелять. Пес слабо тявкнул, будто чувствуя угрозу и сел возле моих ног. – Ты серьезно думаешь, что я смогу победить этих громил? Какой ты оптимистичный у меня.
От группы отделился один человек и поднял вверх руку, приказывая остальным опустить оружие, и направился в мою сторону. Ну, они хотя бы оружие опустили и стало не так страшно. Почувствовав облегчение, в голову, наконец, пришел вопрос: где мы, черт возьми?
Мы находились на опушке леса, деревья уже покрылись желтыми листьями, некоторые опали и покрывали корни, птицы радостно щебетали, будто тут не было столько людей с оружием или для них это было обычным делом, а солнце находилось еще не очень высоко. Кажется, у них тоже осень и тоже утро. Лидер этого сборища подошел ко мне и, не снимая с себя шлем, спросил на русском языке, хоть и с сильным акцентом.
— Ты откуда взялась? Ты кто вообще? Где Деррик?
— В душе не ведаю, кто такой Деррик. Лучше скажите, как мы сюда попали, где мы и как вернуться назад, у меня собака гулять хочет. – Филимон в это время решил, что человек в доспехах нам не угрожает и принялся его обнюхивать.
— Он опасен? – Мужчина проигнорировал мои вопросы и посмотрел вниз, оценивая угрозу в виде кокер—спаниеля, но ногу не убрал.
— Конечно, он голоден, так что советую вернуть нас назад.
— Пойдешь со мной. – Мужчина схватил меня за плечо и ткнул вперед.
— Нам обязательно идти к тем бандитам? Послушайте, мы ничего не сделали, вы можете ответить хоть на один вопрос? – Человек коротко рыкнул и схватив меня за плечо повел в сторону небольшой армии. Филимон, как и я, не горел желанием идти к куче вооруженных людей, поэтому шел рядом, не натягивая поводок и не уходя в другую сторону. – Послушайте…
— Повторяю первый и последний раз: пойдешь со мной или ты хочешь, чтобы мои ребята опять взяли оружие? – Мужчина так гневно прервал мою речь, что я замолчала и только обиженно сопела рядом. Он, собственно, почти не обращал на меня внимания, если не считать того, что он крепко держал меня за плечо. Нам с Филей оставалось только идти рядом и надеяться о скором возвращении домой.
С такими мыслями мы дошли до солдат. По—крайней мере мне так казалось: одинаковая форма, ровный строй, исполнение приказов командира. Он, кстати, оставил меня одну и пошел к остальным, коротко кинув: «Жди здесь». Да я как бы не против, вот только у меня собака гулять хочет. Посмотрев на Филю, который держался рядом, я решилась опять привлечь их внимание.