— Бросьте, юноша, я готов к любому исходу этой затеи. Мы же еще вчера все обсудили, когда вы искали кого-то, кто очень хочет расквитаться с вампирами, и в то же время для остальных является скорее обузой, а потому его головой можно рискнуть. — Последнюю часть я вслух не говорил, но старик и сам обо всем догадался прекрасно. Логика выживания жестока…И чудом спасшийся во время бойни на вокзале седой музыкант в возрасте семидесяти лет, всю семью которого сожрали монстры, идеальный кандидат на роль возможного смертника. Работать он уже несколько лет не в силах, близких нет, здоровье же подточено возрастными заболеваниями и будет в дальнейшем лишь ухудшаться до тех пор, пока не последует естественный, но крайне печальный финал. — Но если этот джинн таки согласится выполнить три желания, то первым делом попрошу вернуть мне молодость, вторым — убить кровососов, а вот ответы на составленный вами список вопросов окажутся на последнем месте…Ну, если он не согласится сначала чуть-чуть пообщаться, а только потом пойти выбивать из вампиров все дерьмо.
— Само собой, все как договаривались, — согласился я с голосом из рации. — Можете начинать, мы наблюдаем.
У меня едва хватило времени быстро отложить в сторону рацию и вооружиться биноклем, чтобы не пропустить тот момент, когда находящийся в километре от нас старик, которого разведчики прежде чем отступить чуть ли не руках подняли на балкон третьего этажа одного из жилых домов, с размаху швыряет себе под ноги магическую тюрьму. А потом еще раз. И еще. Вот только ярко синий кристалл в форме запятой, где пребывало неизвестное существо, упорно отказывался разбиваться или активироваться каким-либо иным образом.
— Нет, я конечно ожидала от этого дня всякого… — Аня запнулась, подбирая слова. — Но данный вариант эпичного фиаско мне в голову как-то не пришел.
— Сворачиваемся? — Спросил у меня командир разведчиков, рассматривающий творящееся на балконе через охотничью винтовку с оптическим прицелом. А там не на шутку разошедшийся старик уже лупил раз за разом кристаллом об стенку изо всех сил, доступных его дряхлому телу. И ведь обитатель этой штуки изначально находился не в настроении сотрудничать…
— Похоже на то, — нападение на логово преступников и вампиров отменялось по техническим причинам. Нам некого было пустить в лобовую атаку, чтобы уничтожить сторожевую нежить и как минимум отвлечь самих кровососов. — Анатолий Станиславович, заканчивайте. Анатолий Станиславович…
— Одну секунду, юноша, — раздался из рации сбивчивый ответ запыхавшимся голосом, в то время когда старик рассматривал сжимаемую в его руках магическую тюрьму, напоминающую огромную синюю запятую. — Я вот этой штукой об стену стучал-стучал и вдруг вспомнил, что нечто подобное уже видел…Только другого цвета, та прозрачная была.
— Что? — Старик раньше имел дело с магическими артефактами?! — Где вы раньше видели похожую вещь?
— Так в телевизоре. На канале с научно-популярными передачами, которые я смотрел, когда бессонница одолевала. — Кажется, у него просто небольшой приступ маразма. Что ж, лучше уж сейчас, чем когда мы действительно найдем способ, как выпустить наружу заточенного в магической тюрьме джина. — Там такие стеклянные штуки называли каплями принца Руперта и знамениты они тем, что за счет какого-то физического феномена выдерживают чуть ли не удары кузнечного молота. Но стоит только стукнуть их кончик…
Синюю вспышку на балконе было заметно даже без бинокля. Как и парящую в воздухе и стремительно увеличивающуюся в размерах фигуру, состоящую из электрических разрядов. Вот только были эти молнии несколько странные. Мало того, что циркулировали по замкнутым маршрутам, так еще и яркость их позволяла пусть не без некоторого неудобства, но в целом вполне отчетливо разглядывать магическое существо. Вот он с высокого человека…С автомобиль…С одноэтажный дом…Расти узник синего кристалла прекратил только после того, как его ноги достигли земли, а сам он вымахал в десятиметрового исполина, состоящего из пустоты и циркулирующих между нею грозовых разрядов.
— Ай, голова… Он…Я слышу его рев в своих мыслях… — Едва заметная за узником магической тюрьмы фигурка старика согнулась в три погибели, но лежащая где-то рядом с ним рация по-прежнему продолжала работать, донося до меня хриплый голос человека, который отправился на смертельный риск. — И это не джин. Даже не элементаль. Какой-то электрический демон, что не любит людей…Ненавидит даже…Он хотел бы видеть, как мы умрем. Все мы. Отдал бы правую руку, глаз и сам врывал себе язык, лишь бы полюбоваться на то, как всю нашу расу каленым железом выжигают из великой паутины миров…