Сестра моргнула, еще раз, еще, потом из глаз у нее покатились слезы, и она расхохоталась:
– Боже! Какая ты зануда! Как тебя Саша терпит?
– Вот об этом я тебе только что и рассказала, – улыбаясь отметила в ответ. Фух, не убили за вмешательство в дела сердечные, и слава Фрейду!
– Так, подожди, – отсмеявшись продолжила сестра, уже нормальным тоном, – И как зерна от плевел отбирать то?
– Как как? Методично. Постараться чаще общаться, найти общий интерес, съездить вместе на море, поклеить вместе обои, представить, что он разбрасывает носки по всему дому и не моет за собой кружку, и так далее.
– Ясно, а если как с Денисом?
– А с Денисом, вообще все просто. Во-первых, получать удовольствие от переписки. Не каждым так везет в двадцать первом веке письма бумажные получать. Их скоро кроме налоговой и пенсионного фонда вообще никто писать не будет. Во-вторых, не давать обещаний и не заморачиваться самой. Приедет – разберетесь. А пока тренируй эпистолярный жанр.
Небольшую комнату освещал только экран монитора. Синевато-бледным казалось лицо человека, сидящего за компьютером. Мужчина что-то быстро печатал. Пальцы летали по клавиатуре, глаза следили за строчками на экране. Словно пианист, исполняющий сонату в порыве вдохновения. Мгновенье, рука замерла, и опустилась на точку. Все, можно выдохнуть, последние цифры в бесконечной плеяде столбцов и строк сошлись. Закрывающие документы готовы.
Мужчина расслабленно облокотился на спинку кресла, снял очки, устало потер глаза к переносице. Он любил свою работу. Получал удовольствие как от непосредственного процесса строительства, так и от магии цифр. Ему нравилось смотреть на построенные им дома, и мысленно их называть «мои». Он бился с проектировщиками за каждую перегородку, выверял каждую комнату, словно планировал в ней жить. Он лично доводил до белого колена поставщиков щебня, бетона, арматуры и отделочного кирпича, не позволяя им нарушать сроки и впихивать брак. Он до хрипоты спорил с генеральным директором, когда тот пытался удешевить проект в ущерб безопасности. Он лично мониторил и изучал технические и конструктивные инновации, позволяющие строить быстрее и дешевле. Именно их фирма возвела первый в городе монолитный дом, именно они первые протянули полипропиленовые трубы. Да, он любил свою работу. Но сегодня окончание проекта длиною в год, не радовало. И виновата во всем виртуальная Тардис.
Нет, конечно, совершенно не верное оценочное суждение, годное лишь как попытка спихнуть с больной головы на здоровую. И не скажешь же: «Как бы я был бы счастлив не знать этого!» Нет, счастливыми мертвые не бывают. И лучше сомневаться, удивляться, злиться, и испытывать всю палитру эмоций, присущих живым.
Но неделю назад Константин был близок к тому, чтобы хлопнуться в обморок, или хлопнуть чего покрепче. Тут уж как повезет. Можно было сколько угодно готовить себя к этому моменту, но готовым не быть. Это как поездка на скоростном лифте. Знаешь, что дрянь, а желудок, все равно ухается под колени.
Когда матушка сделала всей семье «сюрприз и подарок» в виде путевок в Сочи, сердце пропустило удар, потом еще один, а следом сорвалось вскачь первой в жизни тахикардией. Ладони вспотели, а аппетит резко пропал. «Началось» постучалась отстраненная мысль. Он передумал сотню вариантов решения этой проблемы, но в тот момент попросту растерялся. И ляпнул первое, что пришло в голову:
– Я никуда не полечу, у меня сдача дома.
Конечно, это совершенно не помогло. Это же его родители, и они поставили цель! В результате каких-то мифических стечений обстоятельств архитектура вышла на генерального директора фирмы, и предложила «Бегом, бегом нести документы на подпись». Да именно так, а не наоборот. Ведь с его отцом распивает дорогущий коньяк архитектор города, а не директор ОООшки. В результате: бессонные ночи, адский труд, как будто фараон уже помер, а гробница в срок не сдана, круглые от премиальных глаза северокорейских братьев, и о-па новенькая четырнадцатиэтажная сдана раньше срока. Беспрецедентный случай в строительстве, на памяти Константина, так точно. И он, директор по строительству, свободен до следующего котлована, то есть на ближайшие два месяца это точно.
После такой подставы, Костя внимательно осмотрел путевки, билеты, и вот беда, увидел не стыковку. Вся семья летит двадцать третьего июня, а он двадцать второго. Пазл сошелся.
В тот вечер, случился первый семейный скандал. А все потому, что старший из братьев заявил, что он ни за что, никуда не полетит.