Мы в долгу не остаемся. Все уже наготове, я последний формирую Клинок Света.
– Игры в дружбу кончились, – без эмоций бросил Шаграм. – Если кто-то берет кровь Темных – мы забираем в сто крат. Так что, Леон, вы нам сильно должны. Без обид.
Слушать меня он не собирается. Первым бросается в атаку. Его люди кинулись вперед через полсекунды. Борма отжали назад градом ударов, заставили отступить. Остальные вроде справляются. Мне не до того.
– Умри, – резкий удар Шаграма.
Не увернуться, придется довериться Клинку Света. Столкнулись лезвия из магии, брызнуло в глаза снопом искр из Света и Тьмы. Часть резерва разом ухнула в Клинок. Удержал! Бью Кулаком Света в тело.
– Сука, – Шаграм не ожидал.
Получил по печени, вон как рожу морщит. Вяло дерешься, Темный! Сам атакую, косыми взмахами полосую перед собой в хаотичной манере. По-другому не умею. Сверху, сбоку, снизу. А теперь слева, со всей силы! Мне хватит одного удара, чтобы закончить этот бой.
Близость моего Клинка расшевелила Шаграма. Он разом стал активней, как и я, запалил Кулак Тьмы на левой руке. Теперь мы похожи еще больше, и на столько же отличаемся. Удар меч в меч. Кулак в Кулак. Меня развернуло, удар в спину бросает на землю. В спину пнул, гад. Тут же вскакиваю, отражая его Клинок. Отплевываюсь от снега, забившегося в рот. У него был шанс меня убить. Но он хочет страданий, чтобы я боялся его. Да вот хер тебе! От злости аж в горле запершило, кровь горит в жилах, Источник неистовым барабаном колотится в груди.
Новый виток нашей битвы. Сколько мы уже сражаемся? Не знаю и не хочу знать! Не могу посмотреть, что вокруг. Перед глазами постоянно сверкают искры магии от столкновения Клинков. Шаграм напирает яростно, без страха вторгается ближе, сам подставляется, лишь бы меня зацепить. Я успокоился, на такой размен не иду, сохраняю голову чистой от эмоций.
Чем больше мы сражаемся, тем виднее наши различия в манере боя. Шаргам выше уровнем, он вкладывает столько Тьмы в удар, что мои заклинания трещат и готовы рассыпаться. Удары сильнее, он явно не пренебрегал вкладывать очки в Силу, как я. Каждый удар заставляет отступать, заставляет боятся следующего, делать все, чтобы не попасть под хлесткие и могучие удары Тьмой. О дальнобойных атаках и не задумываемся, нет времени.
Я быстрее, мне хватает Ловкости, чтобы тело двигалось легко в сверкающей Тьмой паутине ударов. Обхожу Шаграма то слева, то справа, заставляю сбивать ритм ударов, тратить больше сил. Мы оба почти ни хрена не видим. Меня слепит Тьма, что хлопьями и потоками разлетается от столкновений наших ударов. Его слепит Свет. Одна ошибка, всего одна! Ошибись, Шаграм, и я прикончу тебя!
Оскал вместо улыбки на лице врага. Он так же ждет от меня ошибки. Оступись я хоть на миг, он напрыгнет бешеным зверем. Я уверен, он будет избивать и резать мой труп, пока он не разлетится искрами. Желание убийства от него давит на сознание. Мы не сводим взглядов друг с друга, даже не моргаем. Хватит мгновения, чтобы проиграть.
– Ха-ха-ха! – смех, вперемешку с рыком довольного зверя, рвется из горла Темного.
– Очень! Смешно! – отвечаю ударами Клинка.
Я знаю, чего он ржет, лицо довольное. У меня Источник меньше, экономлю, но так я все равно измотаюсь раньше. А еще эта сволочь может позволить себе принимать удары моего Клинка на Кулак Тьмы. Не могу пробить!
Я на пределе. Взмок так, словно под дождем побывал. Шаграм тоже дышит жадно, прерывисто. Но не на секунду не отступает, давит и давит. Не дает отвести взгляд, кончик его Клинка чиркает по щеке. У него еще полно сил, я чувствую. Черт, щека онемела, обожгло как от кипятка или сильного мороза. Сменим тактику.
Я бил только наотмашь. Пора кольнуть разок! Бью сверху, как обычно. Шаграм подставляет Кулак Тьмы, готов рубануть мне по ребрам справа. Уже проходили. Только я меняю удар, превращая его в финт. Борм мне разок так палкой по ребрам заехал, на тренировке. Укол в грудь!
Шаграм не успевает опустить Кулак Тьмы. Да!
– Дерьмо, – еле зацепил.
Шаграм быстро отшагнул от меня, Клинок едва успел его коснуться. Я на пару пальцев пробил его грудь, но он стоит. Или… Я победил?
Шаграм развеял Кулак Тьмы. Прислонил ладонь к ране. Там нет крови. Сквозь пальцы сочится Тьма. Тонкими струйками течет, исчезая в воздухе. Он отнял ладонь от груди. В прорехе одежды видна чистая кожа. Без крови.
– Если бы у меня было сердце, – доверительно сообщает Шаграм. – Ты бы его пробил. Но у меня его нет! Ха-ха-ха!
От этого холодного смеха, без капли веселья, жутко. Не знаю, как он так научился, но у меня волосы на загривке встают дыбом. Мурашки бегут по рукам.