Я презрительно фыркнула и демонстративно развернулась, чтобы уйти.
Шейдер преодолел разделяющее нас расстояние в два прыжка. Стиснул меня в крепкой хватке, прижал к стене, не давая сделать ни шага. Я дернулась, но властные пальцы поймали меня за подбородок, не позволяя отвернуться и разорвать зрительный контакт.
– Тише, кусачая мелочь, – проговорил он. – Ты сама себе шейдер, никто на твою свободу не претендует.
Я возмущенно вывернулась и, прежде чем рука Хавьера вновь коснулась моего лица, подалась вперед и впилась зубами в его губу. Хотелось укусить побольнее, до крови, чтобы манн больше не позволял себе прикасаться ко мне так, будто имел на это полное право. Но вышло совсем иначе…
Горячие губы Кесселя накрыли мои, превращая укус в поцелуй.
Из груди невольно вырвался низкий стон.
Шисс, как же я этого хотела!
Кессель с силой притиснул меня к стене, ладони опустились на ягодицы, позволяя мне обхватить его ногами, плотно прижавшись к жесткому торсу. Шейд внутри ликовал, разгоняя по телу горячую, полную гормонов кровь, и в этот раз я позволила себе отдаться во власть хлещущих через край пьянящих эмоций. Быть может, Хавьер был прав, и это не шейд, а я сама хотела его.
Да…
И я не сомневалась, что желание было взаимным. Я качнула бедрами, потерлась о выступающую через плотные джинсы выпуклость. Вот теперь я точно была уверена, что он был мне рад.
Кессель рвано выдохнул, еще крепче подхватывая меня под ягодицы, и впился в губы жарким поцелуем.
«Да, да, да!»
Громкий настойчивый стук в дверь – кажется, повторившийся уже в третий раз – заставил меня разочарованно застонать. Будь моя воля, я бы предпочла послать того, кто стоял за дверью, к шиссу в зад и продолжить – ох, как же я хотела продолжения! – но Кессель аккуратно поставил меня на ноги и отстранился.
Я поймала его за руку, прежде чем он успел шагнуть к двери.
– Надеюсь, вопрос решен, – проговорила я сбивчиво. – Я иду к Ли Эбботу и вытаскиваю у него карту, а ты находишь хакера, который будет наготове и заберет ее у меня. Ну, и, наверное, нужен кто-то для поддержки, если у хакера возникнут сложности с отходом…
– С вами пойду я, – не терпящим возражения тоном ответил Хавьер. – Полный план обсудим сегодня вечером.
Он мягко разжал мои руки и отодвинул меня в сторону. Ловкие пальцы пробежались по панели замка, и дверь, трясущаяся под ударами так некстати появившегося визитера, втянулась в стену.
– Хави! – с порога проорал Анхель, проталкивая вперед свою спутницу, невысокую щуплую и смуглую нор-ру в форменном комбинезоне уборщицы с нашивкой полицейского управления Абисс-сити. К моему удивлению, фемма оказалась похожа на Никс, точно родная сестра. Цивилизованная, опрятная, не обкуренная сестра – но так ли важны были детали? – Нашел я твой контакт самой высшей пробы! Познакомься с милашкой Нор Юн-Линь!
Глава 16
Конечная станция скайвея в восточном округе семнадцатого была заполнена под завязку. По утрам здесь всегда было не протолкнуться. Нор-ры и цивилизованные шейдеры, удостоившиеся чести получить работу в Центре, но так и не накопившие даже на крохотную квартирку на нижних уровнях литианских небоскребов, спешили к стойкам магазинов, пультам технических станций и плексигласовым офисным столам. Попрошайки, карманники и хакеры электронных кошельков и ид-чипов шныряли в толпе в попытке вытянуть у зазевавшихся пассажиров несколько кредитов. Тусклые лампы за противоударными решетками едва разгоняли привычный трущобный туман. Стены и потолок были расписаны кислотными граффити настолько плотно, что все уже давно забыли, каким был их изначальный цвет. Кисло пахло нечистотами и залежавшимся мусором – по ночам станции регулярно взламывались и превращались в ночлежки для бездомных, а приходящие с утра работники не всегда успевали очистить помещения к открытию.
Мне никогда не нравился скайвей – ни загаженные платформы окраин, ни чистенькие, крытые центральные станции. Казалось бы, литианам ничего не стоило содержать главную транспортную сеть Абисс-сити хотя бы в относительном порядке – поставить замки понадежнее, включить камеры, нанять дополнительных уборщиков, – но нет. Как будто разительный контраст между хаосом трущоб и благополучием Центра был нарочно создан, чтобы внушать благоговение и трепет перед хозяевами жизни. И четко давал понять всем остальным, где их настоящее место.
Но у меня это всегда вызывало лишь глухую злость.
По платформе пронесся взволнованный гул – до прибытия скайвея осталось меньше минуты, и пассажиры спешили протолкнуться к краю платформы, чтобы успеть погрузиться в капсулу. Я дернулась было вперед, поддаваясь давлению напирающей толпы, но твердая рука, опустившаяся на плечо, остановила меня.