— Но вы пришли один.
— Ага, отец идти отказался, чтобы Мевамет не подумал, что он заинтересован. Сказал он мне это после того, как мы вышли на улицу, а не при Мевамете.
— Так почему вы вернулись?
— Ну, я думал, что могу взглянуть на машину, если она там будет.
— Но ее не было.
— Точно. Но я подумал, раз мы договорились о встрече, а машины не было, это сыграет нам на руку. В конце концов, если он не выполнил обещания, то мог бы скинуть цену.
— Понятно.
— Но доктор мне сказал, что Мевамет спит, будить его не надо, так что я ушел. А потом решил написать записку и оставить в почтовом ящике, и вернулся.
— М-м. Ваш отец с вами не живет?
— Нет, он живет в «Царе Давиде», но сейчас его там нет, он уехал на несколько дней в Хайфу.
— А по какому адресу?
— Не знаю. Я позвонил в отель, и мне сказали, что он уехал в Хайфу. Адреса я не спрашивал. Может, в отеле знают.
— Хорошо, мистер Стедман. Вроде все ясно. — Комиссар поднялся, завершая разговор.
— Это все?
— Вы можете опять понадобиться, но на сегодня все, — он улыбнулся, разрешая идти.
— Да, но мой паспорт еще у вас.
— О, конечно. — Иш-Кошер снял телефонную трубку. — Паспорт мистера Стедмана принесите, пожалуйста… Что?.. Хорошо, поищите на его столе… О, понятно… Ладно, ничего.
Он положил трубку и повернулся к Рою.
— Человек, который с ним работал, не оставил его на столе, а, видимо, унес с собой. Мы пришлем его вам по почте.
Когда Рой ушел, он снова поднял трубку.
— Авнер? Иш-Кошер. Здесь был молодой Стедман… Нет, ничего особенного, просто он был у Мевамета тем утром вместе с отцом и приятелем отца. А знаешь, кто этот приятель? Ребе Дэвид Смолл… Не помнишь? Он живет в доме пять по Виктори-стрит… Нет, он единственный жилец, отсутствовавший, когда мы всех проверяли после взрыва.
Глава 33
Несмотря на ермолку, инспектор Иш-Кошер был не слишком религиозен, но соблюдал традиции и помнил, как выглядит раввин. Но ребе Смолл этим представлениям не соответствовал. Раввин должен носить бороду и темные одежды, желательно черные. У ребе Смолла не было бороды, и носил он светло-серые летние брюки и полосатый пиджак. Раввин, по крайней мере, не должен ходить без головного убора; ребе Смолл не носил шляпы. Приглашая ребе сесть, Иш-Кошер сразу почувствовал неприязнь.
Инспектор полистал папки на столе, взглянул на ребе и приветливо сказал:
— Недавно мы опрашивали жильцов вашего дома, не ждал ли кто однажды вечером гостей. Вас не было дома, но ваша соседка мадам Розен сказала, что вы только вечером прилетели. Она сказала, что вы раввин из Америки. А в карточке на вашей двери стоит просто «Дэвид Смолл». Вы все-таки раввин?
— Да, я раввин.
— Тогда почему не написано: «ребе Дэвид Смолл»?
— Потому что здесь я не раввин.
— И все же, если из Америки приезжает врач, он пишет на дверях «доктор».
— Это не одно и то же. Врач может оказать помощь в экстренной ситуации, например при несчастном случае.
— Какой вы деликатный человек, ребе! А что вы за раввин?
— Консервативный. Раввин из консервативной американской общины.
— Консервативных раввинов учат иначе, чем наших?
— Нет, не совсем, — покачал головой ребе Смолл. — Теория не сильно различается, различаются подходы. Многие ваши раввины несут официальные функции, а мы редко работаем официально. Большей частью мы имеем дело с эмоциональным и духовным здоровьем членов общины.
— Понятно. — Инспектор внезапно улыбнулся. — Подведем итоги: так вы ждали кого-то в тот вечер, когда приехали?
— Нет, никого.
Иш-Кошер что-то записал, закрыл папку и откинулся в кресле, опять любезно улыбаясь.
— Вы здесь в научном отпуске?
— Нет, просто в отпуске на несколько месяцев.
— Ага, понятно. И что вы здесь делаете, ребе? Осматриваете достопримечательности, занимаетесь в университете?
— Нет, я просто отдыхаю.
— От тяжкого труда в общине? — комиссар улыбался, но в голосе звучал сарказм.
— Что-то в этом роде, — добродушно согласился ребе Смолл.
— Оказывается, вы отдыхаете не только от своей работы, ребе, но и от религии.
— Что вы имеете в виду? — изумился ребе. — Если я не хожу каждую Субботу в синагогу…
— Вы ходите в Субботу покупать машину к некоему Бенджамину Мевамету, которого потом взрывают.
— Откуда вы знаете, что я ходил покупать машину?
— Ну, ребе, — укоризненно развел руками Иш-Кошер, — здесь я задаю вопросы.
— Я договорился о встрече со своим другом, Дэном Стедманом, а он договорился со своим сыном. Он хотел, чтобы я встретился с мальчиком, и я согласился.