— Ладно, я с темы сошла. Хоть рана и не очень серьезная, но если бы не твоя... — тут она замялась, но быстро взяла себя в руки. — Если бы не Кейт и Игорь, то, возможно, тебя уже небыло б с нами. Они откачивали тебя на месте, под моим руководством по телефону, скорая бы не успела. Но ... для Кейт это стало сильным потрясением. Ты кое-чего не знал. Не знал, из-за чего она снова ушла, — мое сердце пропустило удар. Мне стало страшно услышать продолжение. Но, я знал, что обязан это услышать, по-другому бы очень жалел. Но Тиа, как на зло, замолчала.
— Продолжай! — рыкнул я.
— Она была беременна. У нее была двойня.
— И после того, что случилось, она... она потеряла их. Так бывает, когда женщина испытывает сильнейший шок. У нее случился выкидыш. Мне жаль! — я не мог поверить в услышанное. Просто не мог! Мне казалось, что это чья-то злая шутка. Но, по глазам присутствующих я понял, это суровая реальность. И в этой реальности виноват я сам. Но, почему, Кейт мне ничего не сказала?!
Кейт:
Я смотрела в окно иллюминатора и проклинала весь мир. Майа лежала, растянувшись на три сиденья. То есть на меня, Арнольда и свое собственное. Сейчас, только из-за дочки, я старалась быть сильной. Мне нельзя было расклеиваться. Арнольд с беспокойством поглядывал на меня, а я просто не могла поверить в случившееся. Почему я не потеряла детей, когда получила пулю сама, но потеряла их, когда ее получил Мет? Я не злилась на него! Я злилась на себя и была расстроена до невозможности. А что еще может чувствовать женщина, потерявшая детей? Это нельзя описать! Может, мне было бы немного легче, если бы я не успела привыкнуть к мысли о беременности? Или, если бы рядом был Метью? Не знаю! Но я понимала, что больше не могу жить так, как жила. У меня больше не было розовых очков. Они разбились вдребезги вместе с моим миром. И это мир разделили на "до" и "после".
— Кейт, все будет хорошо... — брат, пытаясь поддержать, сжал мою руку. А я робко улыбнулась.
Пока мы летели к бабушке, я поняла, сколько всего произошло в моей жизни. Не знаю, жалею ли я или нет, но я была права в одном - если у меня есть кто-то за спиной, то рядом с Метью мне не место. Пусть даже, я и буду любить его до безумия.
*****
Бабушка играла с Маей, а Арнольд умчался куда-то по делам. А я не знала куда себя деть.
— Поезжай к матери, — не выдержав, сказала Аделина.
— Ба, это самое последнее место, куда я хочу.
— Она знает твою боль. Она поможет.
— Мама тоже потеряла ребенка? — с замиранием сердца спросила. Она ничего не ответила, лишь причмокнула и скрылась за дверью.
Дом у нее был добротный. Чарльз были богатой семьей. Бывшие аристократы, как сказала мне бабушка. Она сама была аристократкой. Дедушка тоже, но она говорила о нем очень и очень мало. Единственное, что я помню, это что отец дедушки служил при дворе. Он был одним из потомственных аристократов, служил династии Романовых. Ну, пока их не убили. Бабушка не очень любит это обсуждать, но я слишком люблю историю. С детства хотела поднять архив и найти что-нибудь о дедушке и о своем роде.
— Я тоже знаю твою боль. Но, боюсь, не смогу объяснить, что да как, — в комнату вернулась бабушка.
— Адель, расскажи, пожалуйста. — попросила я ее.
— Эх, хорошо, донюшка. Правда, давно это было, могу запамятовать что-то. Ты ведь всегда спрашивала маленькой, где дедушка. Как ты знаешь - Саша умер,— я не часто слышала имя деда. —Но, начнем с начала. Еще до революции моим родственникам удалось бежать за границу, чтобы избежать смерти. Твоему деду тоже это удалось. Обустроившись и немного привыкнув к новой жизни, стало все налаживаться - быт, ритм жизни, ее размеренность... — бабушка замолчала, на секунду задумавшись, а потом продолжила.
— Твоей матери было три года, когда деда не стало... — бабуля как-то сильно, вдруг, постарела на глазах, но, собравшись, продолжила, — Саша был счастлив, когда я наконец-то, смогла выносить ребенка. Мне было 17, когда отец сообщил, что я выхожу замуж. Без моего согласия, отец просто приказал одеться и приготовить к приему гостей. Когда мне разрешили спуститься к гостям, я впервые увидела его, твоего дедушку. Он не был молод. В день смотрин ему было 41. Так, что я пыталась всячески помешать свадьбе, сама понимаешь... Хотела сбежать из дома и жить своей жизнью. Один раз, я все-таки сбежала. Вот только, не знала, что могу поплатиться за это дорогой ценой. На меня напали бандиты, — она снова замолчала и застыла, переживая свои воспоминания, но, мотнув головой, опять продолжила, — меня тогда удалось каким-то чудом спасти. Это был Саша. По дороге домой, он сказал такие слова:
— Аделина, я знаю, что вам совсем не хочется выходить замуж за меня, возможно, я даже вам противен. Но, прошу вас, не делайте глупостей. Уверяю, со мной будет безопаснее и я смогу защитить вас. Дайте мне шанс доказать, что я не плохой человек...Обещаю, что не притронусь к вам, пока сами этого не позволите. И я ему поверила!
— Я, до сих пор, помню стук его сердца. Он нес меня на руках почти всю дорогу, а я, беспомощно плакала. Через месяц мы, все же, сыграли свадьбу. И он сдержал слово. Он не тронул меня до того момента, пока я не разрешила. За восемь лет брака у меня было пять беременностей и столько же выкидышей. Восемь лет я не могла обрести ребенка. И только незыблемая уверенность в том, что Сашенька меня любит, давала мне силы справиться со всем. Нет, это не значит, что мне не было больно! Но я находила утешение в своем любимом. А уже на шестой раз все получилось, и у нас родилась твоя мама. Катерина, я вижу ту боль в твоих глазах и я вижу, как ты смотришь на дочку. Ты боишься потерять ее, но ты упускаешь еще одно важное - ты теряешь любимого.