Набрала номер, который использовала в самом крайнем случае. Иногда мне казалось, что с каждым разом пропасть между участниками нашей компании становилась все шире, все заметнее, но мы все равно упорно продолжали собираться, делиться новостями. Общего между нами практически не осталось. Может, мы лишь цепляемся за уходящую молодость?
В трубке послышались гудки, а затем раздался знакомый голос.
— Катюша?
Ко мне с детства прицепилось это обращение. Я была самой младшей в компании, вот старшие товарищи и называли так ласково, хотя и шутили, что я, как военная установка: если начну стрелять, то цели достигну.
— Степа, народ в чатике беспокоится, вы с Максом куда пропали?
— Уже наши выходные? — в голосе послышалась озадаченность.
Неужели так заработался?
— Да, но я могу написать ребятам, что все переносится, если у вас совсем нет времени.
— Нет-нет! — поспешил ответить он. — Все нормально, успокой ребят, через пару часов отпишусь.
На этом наш разговор мы окончили. Когда я повесила трубку, то еще с минуту сидела и не могла понять, что меня гложет. Непривычно спокойный тон мужчины настораживал, он будто погрузился глубоко в себя. Но я вообще не припомню Степу в таком состоянии. На моей памяти он всегда был собранным, немного дерзким и ко мне совершенно неприветливым. Нам нравилось вступать в спор, это доставляло обоим огромное удовольствие.
Я отписалась в чате и отправилась домой. Но в груди все равно зрело тревожное чувство. Вот-вот должно произойти что-то страшное. Я чувствовала это на подсознательном уровне.
Через час в нашем чате действительно появилось заветное сообщение.
Степан: «Ребят, все в порядке, в пятницу едем! Все в сборе!»
Но даже это оптимистичное сообщение не поправило мой настрой. Я по-прежнему чувствовала, что нечто должно произойти. Следующие несколько дней я усиленно работала, но отголоски предчувствия все время мешали сосредоточиться.
В двадцать восемь лет я работала участковым педиатром. И свое дело любила до беспамятства. Кроме нее, у меня оставались только родители и друзья. Первые жили далеко, в небольшом северном городке, а с друзьями встречались редко. Только с Ритой по-настоящему сблизились.
Личная жизнь моя загнулась в тот момент, когда я увидела Макса. Мне тогда было всего двенадцать лет. С тех пор у меня никого не было, кроме одного единственного недоразумения много лет назад. Оно до сих пор тяготило меня и омрачало то светлое и невероятно сильное чувство, которое я испытывала по отношению к Максу.
Только вот парень предпочел красавицу Таисию. Да и куда мне тягаться с телеведущей? Блондинка с небесно-голубыми глазами и пухлыми губами. Ее личико мелькало на телеэкранах, ее фигуре завидовали все девушки. А я, в отличие от нее, стеснялась своих неидеальных форм. Темные волосы прятала в хвост, а светло-карие глаза — за очками.
Зато меня очень любили дети, я всегда могла находить с ними общий язык. В поликлинике после визита моих друзей за мной закрепилось прозвище доктор Катюша. Скоро и родители, и дети стали меня так называть.
Вот и сегодня несколько пациентов пришли на выписку в садик и все втроем хором закричали:
— Доброе утро, доктор Катюша!
Эта сцена сразу подняла настроение на весь оставшийся день. Стоило увидеть выздоровевших детей, как я тут же заряжалась их неуемной энергией.
Случалось в моей практике всякое, были и слезы, и разочарования, и обиды, но все равно каждый день я с удовольствием спешила к своим маленьким пациентам, чтобы помочь им справиться с болезнями.
Порой мне и самой хотелось стать мамой. Хотя кого я обманываю? Мне хотелось ею стать каждую минуту жизни. Только выйти замуж я не могла. В сердце жил лишь один мужчина уже очень много лет.
Именно из-за него я совершила ошибку, которая сейчас стоила мне натянутых отношений со Степой. За этот поступок я корила себя до сих пор. После этого все закрутилось, завертелось, встало с ног на голову.
И уже очень много лет отголоски прошлого преследуют нас.
Телефон ожил, как раз закончился прием, и я смогла посмотреть переписку.
Степа: «Едем на двух машинах?»
Рита: «Заберешь нас с Никитой?»
Степа: «Идет!»
У меня был выбор, ехать с ним или с Максом и Таисией. Я даже не знала, что лучше. В последнее время старалась добираться туда на такси. Сама водить не хотела.
Рита: «Катюш, ты как?»
Я: «На такси, наверное»
Степа: «У богатых свои причуды!»
Ну, во-о-от, началось! Степа во всей красе. Его язвительные замечания по отношению ко мне то и дело мелькали в переписке, так что к ним все уже давно привыкли.