— По какому поводу ты сегодня устроил вечеринку, Джек?
Джек поморщился.
— Мы не устраивали вечеринку. Мы просто были на ней несколько часов.
— Что насчет драки, Джек?
Он пожал плечами.
— Просто недоразумение. Все нормально. Не проблема.
Другой репортер обрушился на него.
— Как ты получил синяк под глазом, Джек?
— Неправильное место, неправильное время.
— Разве тренер и Лига не сказали вам больше не выходить?
Его терпение иссякло.
— Я взрослый, блядь, человек.
Станция не успела запикать его вовремя. Я застонала. Еще один повод для извинения, которое он ненавидел.
— Я могу ходить куда захочу, когда захочу, — продолжил он. — Мне не нужно одобрение Лиги, когда я хочу пойти с группой друзей, чтобы отпраздновать.
— Это плохо… — Джолин грызла ногти. Она вломилась в мини-холодильник и предложила мне маленькую бутылку алкоголя. Я взяла ее, прежде чем поняла, что сделала. Она не смотрела, и я положила ее на кровать рядом со мной. — Ему нужно выбираться оттуда.
Репортеры закрыли брешь, через которую он пытался прокрасться.
— Что ты праздновал, Джек?
Раздражение и стресс сломили его. Он пробирался сквозь толпу репортеров и пытался выйти. Вопрос повторялся пять или шесть раз из разных точек, прежде чем он добрался до автомобиля, и полицейский удерживал толпу. Наконец, он повернулся, предлагая стервятникам холодную улыбку.
— Я праздновал, потому что собираюсь стать отцом. Вы все испортили ночь. Благодарю.
О.
Боже.
Нет.
Пульт выскользнул из руки Джолин. Она обернулась, чтобы поглядеть на меня, схватив бутылку с алкоголем с кровати. Она прикончила обе.
— Он… — она закрыла свое лицо. — Ты…
Я не собиралась объяснять, как и почему. Я не могла, особенно сейчас, когда наш маленький секрет подарил нам что-то лучшее, чем любые отношения, которые мы создали для его репутации.
Я кивнула и посмотрела вниз.
— Это… еще рано.
— Ты больна уже две недели, — ее слова прервались. — О, Лия. Как такое могло случиться?
— Все в порядке.
— Твоя жизнь была распланирована.
— Действительно, все в порядке. Мы сможем справиться с этим.
— Ты сможешь, — она указала на телевизор. — Этот человек не сможет. Ты хоть представляешь, как это будет выглядеть?
— Он в восторге от ребенка, Джолин.
— Он сукин сын, который заботится только о себе. И он втянул тебя в неприятности.
— Это не совсем так. Он очень внимательный и заботливый, и он так взволнован…
— Это потому, что ты все еще похожа на наивную девушку. Ради Бога, Джек Карсон известен дикими вечеринками с несколькими женщинами, не говоря уже об алкоголе и драках. Он не тот человек, который успокаивается. Ты знаешь это. Он плейбой. Он бабник.
— Он не настолько плох. Он очень милый и очаровательный, и он…
— И он наш самый крупный клиент. Представители штата и голливудские продюсеры внизу не подумают, что мы авторитетное агентство, если мой помощник залетит от других наших клиентов!
— Джолин…
— Черт, может быть, они подумают, что это бонус! С кем еще ты готова переспать, чтобы закрепиться в бизнесе?
— Джолин!
Она выдохнула, извинилась, покачав головой.
— Лия, это… это слишком много. Ты выходишь замуж за этого человека?
Мой живот опустился.
— Я… нет.
— Почему нет?
Это не было частью сделки.
— Зачем нам это?
— Потому что у тебя будет от него ребенок. Ты — багаж публичного человека. Ты… — она колебалась. — Ты была будущим этой компании. Я доверяла тебе быть рациональной и ответственной; той, кто сотрудничал бы со мной, как только научилась бы на своем опыте. Я не могу позволить моей ассистентке спать с клиентами и беременеть.
— Я могу справиться со всем этим.
— Нет, ты не можешь. Ты сталкиваешься с такими PR-проблемами каждый день. Мы не можем раскрутить это. Это плохо выглядит для нашего агентства.
— Это не будет проблемой.
— Это уже так. Я надеялась, что мы сможем сдерживать Джека, пока эта интрижка не пройдет, но мы не можем. Лия, мне нужно, чтобы ты либо вышла замуж за этого человека и все исправила, либо покончила с ним, чтобы ушла непристойность.
Я моргнула. Мне не понравился ни один из вариантов.
— Я… Я не выйду за него замуж. И мы не расстаемся. Я имею в виду… все…
Лучше, чем когда-либо.
Как настоящие отношения.
Строительство чего-то, чего никто из нас не ожидал.
Мысль о том, чтобы не ложиться спать с Джеком ночью, не прикасаться к его коже, не слышать тех нежных слов, когда он благодарит меня за то, что я ношу его ребенка?
Это разбило сердце, которое я никогда не хотела отдавать Джеку.
Джолин почувствовала это. Она кивнула, выключив телевизор, когда закончился прямой эфир, и действие переместилось в полную восторга студию Ainsley Ruport, в которой стали перечислять все текущие споры и проблемы Джека.
Джолин понизила голос. Она не могла смотреть на меня.
— Тогда я должна отпустить тебя, Лия.
— …Что?
— Мне очень жаль.
Наступил долгий момент, когда я не понимала, что произошло.
Отпустить меня?
Я не могла ответить. Я бросилась в ванную и меня вырвало. Джолин говорила со мной через дверь, но я ничего не слышала. Она предложила оплатить мой перелет обратно в Айронфилд и сказала, что пришлет мои вещи из офиса.
Дверь закрылась.
Мой живот вздымался, пока внутри меня не осталось ничего, кроме ребенка.
Она ушла, и я упала на кровать. Слезы жалили мои глаза. Я игнорировала звонок от Джека. Телефон гудел и гудел, пока я его не выключила.
Этого не должно было случиться.
Сначала Уайатт разорвал помолвку, и я потеряла год, оплакивая человека, которого не любила. У меня, наконец, появилась возможность сделать карьеру, в которой я нуждалась, а теперь?
Потерянная.
Разрушенная.
Незамужняя. Безработная.
И ребенок на подходе.
Моя жизнь была ровными линиями, пока я не запуталась в своих ожиданиях и страданиях. Я не потрудилась договориться через офис Джолин. Я взяла чемодан и сама вызвала такси. Это была одинокая поездка, но по дороге мне удалось купить билет на самолет. Цена заставила меня плакать. Я потратила часть своих сбережений на рейс, который не был прямым, имел трехчасовую остановку и запер меня в ловушку у окна и вдалеке от ванной.
Смирение было примерно таким же горьким, как утренняя тошнота.
Я не спала при первом полете. Второй задерживался. Большую часть времени я была истощенной и уставшей. Я просто хотела свернуться в кровати и отдохнуть.
Но не просто в кровати.
В кровати Джека.
И я хотела, чтобы он был там. Держал меня. Целовал меня. Утешал меня.
Но я не могла ожидать такого от этого проклятого плейбоя. Он не был моим парнем, и я понятия не имела, могу ли я положиться на него как на друга. Он задолжал мне чертовски хорошее объяснение.
И если он хотел быть частью жизни ребенка, он должен мне больше, чем извинение. Обещание, которому я смогу доверять. По какой-то причине я должна буду позволить ребенку быть рядом с дьяволом, как только он или она родится.
Мы приземлились до рассвета. Я взяла такси прямо к дому Джека, страдая еще больше, поскольку я рассчитывала, что у меня были сбережениях на аренду, еду, и теперь…
Детские принадлежности. Прием у врача.
Все.
Джек открыл дверь, прежде чем я постучала. Он не спал и выглядел таким же больным, как я.
— Господи, Кисс. Я был в ужасе! Я думал, с тобой что-то случилось!
Джек попытался обнять меня. Я остановила его поднятой ладонью.
Он понял намек, но схватил мой багаж и затащил его внутрь. Затем он чуть ли не отнес меня на диван. От слез защипали глаза, когда он опустился на колени у моих ног.
Я не могла освободить руки. Он поцеловал мои пальцы и осмелился извиниться.
— Драка не была моей виной. Я просто вышел на час. Это не было… — его голос пропал, когда он вытер слезу с моей щеки, которую я не хотела проливать. — Я не встречался с женщинами. Это была не вечеринка.