Всего, Сара, всего, что ты можешь дать. Я хочу все.
Она видела его с Николасом, видела пустоту и одиночество в карих глазах, она не могла оттолкнуть его, несмотря на все свои сомнения.
Я даже не уверена, что мы говорим об одном и том же. Ты волнуешь меня. Да. Я знаю, ты заставил меня чувствовать то, что я уже и не думала, не надеялась почувствовать. — Она взяла его лицо в ладони. — Но этого недостаточно. Я не понимаю, чего ты добиваешься.
Она отпустила его лицо.
Ты не слушала? Постоянства, вот чего я хочу. Не меньше. Вот о чем речь.
Она неловко отодвинулась.
Ты не понимаешь.
Так объясни мне.
Его рука соскользнула с ее шеи на спину, успокаивая.
Она хотела рассказать, как пуста была ее жизнь, пока он и Николас не ворвались в старый дом, не разрушили ее укрепления, но была еще не готова рисковать. Ей было слишком больно, а Джейк наступал слишком быстро.
Ну, милая, расскажи мне. Должны же мы с чего-то начать, и первый шаг — самый трудный. Ты сделала его прошлой ночью, когда поговорила со мной. Почему же так тяжело сделать следующий шаг?
Это очень больно. Я не хочу снова чувствовать такую страшную боль.
Джейк обхватил ее обеими руками.
Я никогда бы не смог причинить тебе боль, милая.
Она высвободилась из его объятий.
Тебе не удастся избежать этого. Боль — часть жизни.
Услышав собственные слова, Сара поняла, что впервые высказала неоформившиеся мысли вслух. Вот чего она боялась — боли. И она права. Боль — часть жизни. Оградившись от боли, она оградилась от жизни.
Я трусиха, — сказала она, понимая, что это правда.
Нет, только не ты, моя тигрица с бейсбольной битой. Дай мне время, Сара, — пробормотал он. Дыхание Джейка слегка шевелило пряди ее волос, щекотало ухо.
Сколько?
Она понимала, что испытывает Джейк, но не думала, что ситуация выйдет из-под контроля так скоро. Она хотела дать Джейку время, о котором он просил, но была напугана.
Сколько? — настойчиво повторила она, надеясь, что Джейк загонит ее в угол и ей придется… Что придется?
Сколько потребуется, — глухо сказал он.
―Это смешно. У тебя должна быть работа… Я ведь даже не знаю, где ты работаешь, — возразила она. — Это невозможно.
Сара?
Он как будто увидел в ее лице что- то неожиданное.
Джейк! Я попался на крючок, — прохныкал Николас.
Как это случилось, приятель? — Джейк уставился на крючок, впившийся в ручонку мальчика. — Наверное, чертовски больно, а?
Хныканье Николаса превратилось в полнокровный вопль.
Потерпи, сейчас вытащим.
Лицо Джейка стало болезненно-желтым, когда он рассматривал крючок, проткнувший худенькую ручку, и пот выступил на лбу. Он смахнул пот с лица.
У тебя есть плоскогубцы?
Сара задрожала, когда он взял плоскогубцы. Она знала, как и Джейк, что Николасу будет еще больнее, и не могла смириться с этим. Зазубрины порвут плоть, в какую сторону ни тяни. Но крючок надо вытаскивать, а Николас уже готов был удариться в истерику.
Хочешь, я это сделаю, Николас, а Джейк подержит тебе руку? Джейк такой сильный. Я думаю, он сможет крепче держать тебя, — тихо сказала Сара, глядя мальчику в глаза.
Скорость, с которой Джейк сунул ей плоскогубцы, красноречиво сообщила об испытанном им облегчении.
Сара смотрела на мрачное личико Николаса и сожалела о своем предложении, но дороги назад не было.
Я не стану врать тебе, Николас. Будет очень больно, но ты справишься, правда? — Сара повернула ручку мальчика и незаметно кивнула Джейку. — Мы постараемся вытащить крючок побыстрее. Ты сам мне поможешь.
Что я должен делать? — завопил Николас. Слезы ручьями текли по щекам. — Мне так больно.
Маленький ротик скривился, когда Николас попытался удержать рыдания.
Да, милый, я знаю. Но через минуту будет лучше.
Сара сама была готова зареветь.
Теперь послушай. Я думаю, ты захочешь смотреть, чтобы потом всем рассказывать, какой ты храбрый. И я хочу, чтобы ты поднял вторую ручку, если станет хуже, хорошо? Ты сможешь это сделать?
Сара пригладила его волосики, откинула со лба прядку и поцеловала мальчика. Потный, пропахший рыбой, он прильнул к ней, и Саре мучительно хотелось прижать его крепче.
Конечно, — всхлипнул он.
И ты еще должен помочь мне с Джейком, — сказала Сара, быстро отвязывая от крючка леску, освобождая кожу Николаса от зазубрин крючка.
А что мне делать с Джейком?
Николас повернул к ней голову.
Ну, ты знаешь этих крепких парней. За ними нужен глаз да глаз. Они так часто падают в обморок.
Только не Джейк, — возразил Николас сквозь слезы, явно удивленный, что Сара могла предположить такое.