Марат обхватывает мое запястье, подносит к губам.
– Я так тосковал по тебе, не представляешь. Больше никогда не бросай меня, Тина. Я не переживу.
От его проникновенных слов по телу пробегает табун мурашек. Жмусь к нему крепче.
– Ты… можешь остаться со мной сегодня? Я не знаю, могу ли просить об этом…
– Конечно я буду с тобой, Тина.
– Вряд ли тебе будет удобно. Кровать узкая.
– Даже стоя возле двери твоей палаты готов простоять, – усмехается Марат.
Я вдруг вспоминаю:
– А где Антон?
Он же без денег и документов! Ему наверное нужна помощь. Начинаю волноваться.
Глаза Марата сужаются. Он явно недоволен тем что начинаю переживать за другого мужчину.
– Прости, что я об этом спрашиваю, – вздыхаю. – Понимаешь, без Антона я бы пропала. Он спас меня. Он так много для меня сделал! Особенно когда Ника меня бросила…
Как же больно признаваться, но это чистая правда.
– Антон даёт показания в полиции, его задержали. Ясно, что он имеет отношение к твоему похищению.
– Его тоже обмахнули! – восклицаю с отчаянием. – Он ни в чем не виноват. Пожалуйста, помоги ему.
– Ты не успела прийти в себя, Тина, а уже заботишься о других, – хмурит брови Марат. – Тебе надо поесть. Что бы ты хотела? Я закажу в ресторане. Тут не очень разнообразное меню.
– Я не могу есть… пока не скажешь что Антон будет в порядке. Разве ты не понимаешь? Я в долгу перед ним неоплатном! Если бы не он… он сделал все возможное, чтобы мне помочь! Ника задурила ему голову! Наговорила всякого! Если бы он поддался ей, или просто даже испугался… я бы так и осталась в том доме, одна, истекла бы кровью!
Марат слушает меня, его лицо на глазах мрачнеет.
– У тебя есть чувства к этому парню? Ты можешь сказать мне правду, Тина. Я никогда не заставлю тебя быть со мной силой.
– Не говори ерунды, я лишь хочу чтобы все было по справедливости! Антон не знал, что задумала Ника, она наговорила ему кучу всякого бреда! Что ты держишь меня в плену, что я не люблю тебя. Что хочу сбежать от тебя. Когда Антон понял, что происходит, то пришел в ужас. И когда я упала, он сразу забил тревогу, требовал от Ники, чтобы она отвезла меня в больницу.
– Что значит упала? Она толкнула тебя? В глазах Марата плещется такая ярость, что мне становится не по себе, даже поеживаюсь. Сейчас на его лице написана жажда убийства.
– Я не хочу мести, Марат. Надо остановиться, умоляю. Пусть просто исчезнет из нашей жизни. Насколько я поняла, Ника так и поступила. Ее больше нет. Я никогда не увижусь с ней, больше не попадусь на ее уловку! Клянусь тебе!
– Ладно, Тина. Ты сильно разволновалась. Не будем больше об этом.
– Ты поможешь Антону?
– Да, помогу. А сейчас закажем тебе чего-нибудь вкусного и полезного.
На следующий день было назначено УЗИ. Когда показали экран, на котором я увидела своего ребёнка, эмоции зашкаливали. Я снова ревела, а Марат держал меня за руку.
– Все хорошо, любимая, не плачь.
Врач объясняет Марату что-то на английском, вслушиваюсь с тревогой. Жаль, что не владею этим языком в достаточной степени.
– Что она сказала? – всхлипываю и дрожу.
– Ваш мальчик здоров, все показатели в норме, – с улыбкой произносит Марат. – У нас сын, Тина, – лицо любимого сияет. – Помнишь, бабушка и раньше говорила, что уверена – будет правнук. Но наш проказник никак не хотел показываться врачу. Сегодня мы узнали точно. Ну же, только не плачь детка.
Но как я могу сдержаться? Меня буквально разрывает от эмоций!
– Тебе все ещё рекомендован покой, но все показатели в норме, – добавляет Марат, продолжая переводить слова врача.
– Спасибо! Спасибо!
Бросаюсь на шею любимому. Его губы находят мои, но я отстраняюсь, смущаюсь посторонних, здесь определенно не место для такого, хотя и доктор и медсестра широко улыбаются.
Наконец, после УЗИ и разговора с врачом, я смогла получить однозначный ответ, что всё в порядке, что ребёнку ничего не угрожает. Смогла выдохнуть наконец и успокоиться. Поверить, что все позади, и дальше будет только хорошее.
– Прости меня, пожалуйста, что я не сказала тебе правду. За то, что втянула твою бабушку. Я так много совершила ошибок, – меня не отпускает чувство вины, и я снова каюсь перед Маратом.
– Твоя наивность не преступление, Тина. Ты хотела верить, что твоя сестра хороший человек несмотря ни на что. Могу ли я винить тебя в этом? Нет конечно, ты ни в чем не виновата. Ты хороший, добрый человек, поэтому веришь, что другие такие же. Не допускаешь, что они могут быть совершенно другими.