- Конечно, - вымученно улыбаюсь.
Он идет на костылях в ванную комнату. Она очень маленькая для нас двоих. Мне слишком мало кислорода. Задыхаюсь рядом с ним, словно заперта в клетке. Хочется на волю.
- Поможешь расстегнуть, - показывает на свою рубашку. И этот взгляд…
Как же хочется крикнуть: «Не смотри на меня так!». Ком застревает в горле. Быстро расстегиваю его рубашку. Ведь он мог и сам справиться. Но, похоже, Марк считает это очень затейливой томной игрой.
У него красивое накачанное тело. Только кроме, дикого желания сбежать я больше ничего не чувствую.
А в голове набатом: «Он теперь твой муж! И то, что он делает вполне нормально для супружеской пары!». От этих мыслей слезы подступают к глазам. Я никогда не смогу построить нормальные отношения.
Марк проводит рукой по моему плечу, смотрит с жадностью, лапает взглядом.
- Ремень… штаны… - голос хриплый, жаркий. Паника внутри все нарастает, руки не слушаются. Все во мне противиться этому контакту.
Хочу выбежать прочь. И понимаю, что ему без меня не справиться, он не сможет помыться. Но надо расставить все по местам. Я не могу переступить черту.
- Марк… - делаю глубокий вдох.
- Да… - голос игривый, довольный.
- Я тебе говорила… предупреждала… Конечно… помогу… чем смогу… но того… что ты ждешь… прости… не смогу… - голос дрожит, предательские слезы все же катятся из глаз.
И мне хочется остаться одной, зарыться лицом в подушку и дать им волю. Рыдать до изнеможения, чтобы хоть немного стало легче. Хотя бы чуть-чуть. Но я не могу себе это позволить. Даже уединение для меня сейчас слишком большая роскошь.
- Илон, так я и стараюсь, чтобы ты все забыла, - проводит рукой по спине.
Мысленно умоляю его: «Прошу, не трогай меня. Убери руку, прошууу!».
- Я к этому не готова, - голос срывается.
- Ты чего… моя хорошая, - он перепугано прижимает меня к себе. – Я ж не обижу. Я твой муж. Мы совсем справимся. Твои страхи, это все пройдет.
Нет у меня страхов. Я просто не хочу быть тут. Не хочу быть его женой. Хочется вопить. Но я из последних сил сдерживаюсь. У Марка реабилитация на носу, нельзя его расстраивать.
- Тебе просто сложно понять. Я об этом и говорила перед свадьбой, - стараюсь быть мягкой, но до конца сдержаться не получается. Слишком мало места в ванной, слишком он близко.
- И я очень хочу тебя отогреть. Показать, что все может быть по-другому. Что престарелый, женатый любовник – это не верх мечтаний. А я… пусть мои ноги и не работают как надо, но в остальном я здоровый мужчина.
Отчетливо осознаю – ничего он тогда не понял. Истолковал все по-своему. Да и глупо было надеяться, что молодой парень, мой ровесник, поймет все, что может пережить женщина, потерявшая ребенка. Да и что такое разбитое сердце ему не ведомо. Марк сам как-то говорил, что у него были симпатии, но любви к своим девушкам он не испытывал. А вот в меня влюбился… ой, зря… Марк… как зря. Не хочу я быть той, кто разобьет ему сердце. Но и играть в чувства, притворяться, я тоже неспособна.
- Не сомневаюсь. И я тебе всегда говорила, что ты достоин лучшего, чем я, с моим… прошлым. Марк, я ведь предупреждала серьезно тогда. Я не могу дать тебе этого…
- Понимаю, тебе надо время,- обнимает, прижимает меня к себе. Изо всех сил сдерживаю порыв оттолкнуть его. Свадьба все же что-то поменяла. Когда мы были просто друзьями, его прикосновения воспринимались нейтрально. – Я подожду все хорошо.
Нет. Он так ничего и не понял…
Все же банную процедуру пришлось продолжить. Я помогаю ему залезть в ванную. Даю все необходимое и поспешно ретируюсь. Стараюсь даже не смотреть.
Через минут пятнадцать он зовет меня снова. На этот раз, чтобы помочь вылезти. Скрипя зубами, глотая слезы, захожу в ванную комнату как на каторгу.
- Может, все же составишь мне компанию, - он ничуть не утратил запала. Кажется, жажда в его глазах стала даже сильней.
- Марк… - вздыхаю.
- Да все-все понял. Мы справимся, - улыбается.
Я помогаю ему надеть халат. Марк пытается продолжить вечер, о чем-то говорит, спрашивает, усердно меня веселит. А во мне нарастает ужас. Не понимала я, соглашаясь на это все, насколько будет невыносимо. А ведь еще даже суток не прошло с момента нашего брака? Что же будет дальше?
У меня одна надежда, что реабилитация поможет. Марк встанет на ноги, и я смогу уйти. А пока лежу с ним в постели, он прижимает меня к себе, я кусаю губу до крови, и жду, когда он заснет, чтобы хоть ненадолго вырваться из удушающих объятий.
Глава 31
Центр реабилитации находится в маленьком городке. Тут очень тихо, спокойно. Я сняла комнату на окраине. И смогла хоть ненадолго выдохнуть. Я по-прежнему провожу львиную долю времени с Марком. Но мы живем порознь. У него частые процедуры. И это время я хотя бы могу поработать в тишине. Насладиться одиночеством, которое стало для меня роскошью.