- Как она? - спросил Барнс, поравнявшись с ученым.
- Говорить что-то конкретное еще рано, но состояние постепенно стабилизируется, - в свойственной манере ответил Беннер. - Ей все еще дается снотворное, так что большую часть времени она спит.
Брюс остановился возле комнаты, где находилась Тесса. Баки посмотрел через стекло, игравшее роль стены, отмечая, что комната преобразилась с последнего раза, как он был здесь. Большая часть столов с хирургическими инструментами отсутствовала, так же как и сложная медицинская аппаратура.
Тесса лежала практически посредине комнаты на больничной кровати, которая заменила первичный стол, куда мужчина лично уложил свою ношу. Повисшую паузу нарушил Беннер, вздыхая.
- Я бы еще повременил с контактами, но Фьюри решил, что если она лично убедится, что с вами все в порядке, то процесс двинется быстрее.
- Она говорила что-то?
- В основном интересовалась, все ли целы, - Брюс сделал паузу, обдумывая свои слова. - У меня будет маленькая просьба - когда она очнется, то не нагружай ее информацией. Лишний стресс может сбросить на нет все, что мы имеем на данный момент.
Баки кивнул, внутренне соглашаясь со словами Беннера. Правда, зная умение Тессы выпытывать информацию, придется постараться, чтобы она не заподозрила подвоха или не включила свои женские уловки. Виноватый взгляд, разочарованные вдохи - блондинка прекрасно знала о том, что это может сработать.
Барнс вошел в комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Брюс решил не вмешиваться, отправившись дальше разбираться с накопившимися отчетами за последнее время. Ему еще оставалось разобраться с последним чипом, который извлекли из околоушного пространства Тессы.
Он был сложнее по своему устройству, чем остальные, так что приходилось действовать крайне осторожно, чтобы не повредить микроскопические дорожки, скрывающие свои тайны. Именно этот чип контролировал работу остальных, создавая неприятности для Тессы.
Баки подошел к кровати, пробегая взглядом по хрупкой женской фигуре. Тесса лежала на спине, положив одну из перевязанных ладоней на грудную клетку, плавно поднимающейся в такт размеренному дыханию.
Аппарат, отслеживающий пульс, стоял возле кровати, уверенно пища, тем самым нарушая идеальную тишину комнаты. Баки смотрел на блондинку, вновь ощущая то самое чувство горечи, от которого не мог избавиться последние дни.
Он едва не потерял ее. Тесса настолько близко проскользнула рядом со смертью, позволила ей коснуться себя, чуть не дав забрать жизнь из изнеможденного испытаниями тела.
Ему не хотелось вдаваться во все рассуждения о магии и материи, не хотелось ломать голову над тем, как работал амулет, покоящийся поверх одежды девушки. Баки хотел избавиться от этого чертового чувства вины, что с каждой секундой все сильнее захватывало его изнутри.
Если бы он был быстрее, если бы успел отвлечь Харта, то возможно все было бы не так печально и она не была на этой опасной границе. Горькая улыбка исказила его губы.
Брюс отказался от идеи с больничной одеждой, считая ее не практичной, поэтому Нат принесла легкие вещи, что смогла найти в комнате Тессы. Одеяло сползло, скрывая лишь бедра и нижнюю часть тела.
Светлая майка оставляла большую часть кожи открытой, позволяя электродам крепиться к ней без всяких помех. Кровоподтеки яркими пятнами покрывали кожу, местами сливаясь и сочетаясь с едва затянувшимися ссадинами.
Какие-то были оставлены пытками Гидры, какие-то остались после схватки с Хартом на набережной, а что-то появилось после отчаянного прыжка блондинки в воду.
Баки осторожно сел на край кровати, беря перевязанную ладонь в свою руку. Его пальцы бережно провели по опухшим суставам, скрытых под бинтами. Отек немного спал, но мужчина был уверен, что если бы не препараты, то Тесса точно ощущала бы не самый приятные ощущения.
Усталый вздох вырвался из его легких, а пальцы, едва касаясь, скользили от кисти по предплечью, медленно поднимаясь вверх. Он задумчиво рассматривал каждый сантиметр ее кожи, осознавая, сколько же может выдержать такое хрупкое на вид тело.
Сосредоточенный взгляд остановился на бледном женском лице. Темные круги под глазами подстать синякам на остальной коже, а приоткрытые пересохшие губы были слабого розоватого оттенка - явно лучше, чем при последней их встрече.
Баки осторожно коснулся ее щеки, убирая светлые волосы в сторону. Он никогда не видел ее настолько уязвимой. Настолько беззащитной и слабой, что внутри него все будто останавливалось, контролируя каждое движение. Казалось, что даже простое прикосновение может сломать ее.