Патрульный автомобиль выехал на широкую улицу, и инспекторы увидели, как несчастного Толика группа пэ́псов грузит в багажник стоящего посреди дороги УАЗика.
- Вот, что я и предсказывал, - с улыбкой сказал Рома. - Теперь его довезут и отдохнуть дадут до утра. Вот только после этого он ружье свое больше не увидит. Ха-ха-ха!
Яреев, не обращая внимания на веселящихся Дашко с Будкиным, листал чей-то паспорт.
- Под сиденьем в пятерке нашел, - пояснил он. - Так, это у нас гражданин Симак Николай Петрович, двадцати лет от роду. Рожа его кого-то мне смутно напоминает!
Он сунул паспорт в карман и задумчиво произнес:
- Пусть пока у меня побудет...
Через несколько дней в курилке перед разводом к Ярееву подошел Орелик. Он, ухмыляясь, спросил:
- Серега, вы там недавно пятерку гоняли?
- Гоняли, - ответил Яреев.
- А паспорт некоего Симака не находили случайно?
- Случайно находили, - сказал Сергей.
- Это сын моего соседа, - пояснил Коля и весело улыбнулся. - Понимаешь, у него завтра свадьба. А без паспорта его не распишут. Он очень хочет жениться. Верни паспорт. Обещают могарыч.
Яреев, задрав брови вверх, спросил:
- И где этот сосед?
- На КПП ждет, - ответил Коля и почему-то ржанул, - ха-ха!
После развода Яреев с Дашко подошли к КПП и сразу поняли, почему веселился Орелик. На крыльце стоял молодой человек, несколько дней назад державший морскую оборону в котловане. Нос его был перетянут марлевой повязкой, и заканчивался таким же, как у Толика, клоунским набалдашником из пластыря. Под обоими заплывшими глазами защитника бетонной сваи красовались чудовищных размеров гематомы иссиня-черного цвета.
Дашко тут же скрылся в ближайший куст, который затрясся и зашатался как на ветру. Яреев, еле сдерживая смех, спросил у молодого человека:
- Что, паспорт понадобился?
- Отдайте, пожалуйста, - прогундосил водолаз.
- Ответь честно, кто был за рулем пятерки? - спросил Яреев.
- Я, - покорно сказал водолаз.
- Толик уже сказал тебе "спасибо"?
- Да...
- Возьми свой паспорт, - Яреев протянул документ.
Парень схватил книжечку трясущейся рукой и попытался всучить Сергею какую-то измятую денежную купюру. Яреев засунул ее тому обратно в карман и сказал:
- Толику лучше отдай. Ему, как-никак, долго теперь придется ездить в трамвае.
Жених ушел с паспортом, а Яреев заглянул в куст самшита за углом КПП и спросил у веселящегося Дашко:
- Что ты остановиться не можешь?
Тот истерически крикнул:
- Я представляю себе его свадебные фотографии! Ха-ха-ха! На всю жизнь память! Детишки, разглядывая их, веселыми вырастут, ха-ха-ха!
* * *
В один из теплых дней, которыми изобилует южная осень, из Чечни вернулся отряд сотрудников милиции. Самое главное - без потерь. Несколько легких пустяковых ранений в счет не шли. Сотрудники справились с поставленными перед ними задачами, и потому им можно было теперь немножко отдохнуть.
Личный состав сложил на складе в кучу бронежилеты и отправился освобождаться от оружия. Автоматы сдали быстро, а вот с пистолетами возникло затруднение. Карелов, не принимая в расчет усталость прибывшего контингента, отвыкшего от мелочного идиотизма, по своему обыкновению принялся выталкивать колодки с поставленным на них оружием обратно, требуя немедленной его чистки.
Разозлившийся Тягомотин с громким стуком вложил в окошко гранату Ф-1 (в балансе полкового вооружения их не было). Карелов, не глядя, схватил ее рукой, поднес к очкам, дико вскрикнул и, зашвырнув гранату обратно в окошко, с грохотом захлопнул металлическую дверцу. В ту же секунду, врубив в полете тревожную кнопку, он распластался на полу и закрыл руками свои гигантские уши. Над территорией полка разнеслись звуки сирены, а на пульт дежурного вневедомственной охраны поступил сигнал о несанкционированном проникновении врагов в оружейную комнату полка ДПС.
Прибежавшие руководители принялись разбираться в возникшей ситуации.
Сирену удалось отключить через десять минут только после того, как получилось достучаться до Карелова с внутренней стороны дежурки. Часть города все это время наслаждалась хриплым ревом четырех матюгальников, расположенных на столбах по периметру полковой территории. Подъехавший к воротам КПП патруль вневедомственной охраны послали подальше, сославшись на проводимые внеплановые учения, после чего всерьез занялись боевыми соратниками.
Вытрусив вещмешки Тягомотина и его товарищей, прибывших из благодатного региона, где на деревьях растут "лимонки", а патроны размножаются почкованием, замполит насчитал девятнадцать гранат различных модификаций и несколько тысяч пистолетных и автоматных патронов. Поинтересовавшись по ходу проверки: "Гранатомет "Муху" случайно никто в штаны не засунул?", - подполковник выстроил милиционеров на плацу и принялся заниматься с ними воспитательной работой.
Единственным человеком, которому удалось избежать этого мероприятия, был Гарколин. Он еще до сдачи оружия успел выложить две гранаты и три пачки пистолетных патронов в личную "копейку", стоявшую в боксе своего взвода все шесть месяцев, пока его не было. Поэтому Генка с легким сердцем сидел в курилке на лавочке и, посмеиваясь, прислушивался к обрывкам фраз, долетавшим с плаца.