Алмазов изучил лица прибывших и сделал вывод:
- Судя по вашим помятым рожам, вы вчера заседали вместе с Поваровым.
- Мы-то заседали, ответил Клейман, - а вот если судить по твоей несвежей пейсатой внешности - в рудниках, откуда ты сбежал, уже давно подняли тревогу.
- Ты б поработал в ночь восемь смен, выглядел бы не лучше. Так сегодня мне опять заступать в ночь!
- Что, опять работать некому?
- Как обычно. Народ болеет. Пойду я, наверное, тоже поболею.
Подошли командиры взводов и загнали всех в актовый зал. Яреев, оглядевшись, с удивлением обнаружил присутствие части сотрудников из блатной первой смены. Обычно они на занятиях никогда не появлялись. Царь не позволял им терять время на всякую ерунду. Даже Свинтус, находившийся в своем обычном расхлюстанном состоянии, сидел в заднем ряду и смотрел мини-телевизор, который был в его телефоне. Он абсолютно не интересовался происходившим вокруг. За трибуну уселся майор Мягков и заявил:
- Представляться я не буду. Вы меня и так знаете. Открывайте тетради и записывайте.
Он распахнул объемную папку, вывалил на стол кучу бумажек и начал с одной из них читать какую-то "пургу" о типах зимней скользскости (по-русски - о гололеде). Инспекторы принялись усиленно записывать эту ахинею. Клейман тихонько перебежал назад к Хрюше и присоединился к просмотру телевизора. Уставший Изя задремал и стал всхрапывать в такт бормотанью диктора, который как раз зачитывал, что такое стекловидный лед. Навеянный получаемой информацией, ему стал сниться очень приятный сон.
Типа, несется Алмазов на коньках по покрытой льдом водной глади с клюшкой в руках и догоняет Царя, пытающегося на четвереньках уползти с его пути. Все ближе и ближе шевелящийся зад Его Величества. Изину душу переполняет предвкушение праздника. Впереди видны ворота, которые защищает полковник Хмара, одетый почему-то в канадскую хоккейную форму. Сейчас можно будет со всей дури влупить клюшкой по царскому седалищу, и оно прямиком влетит, куда надо! Изе уже видны изумленные глаза Хмары! Болельщики ревут от хохота!..
Алмазов проснулся и понял, что смех исходит от инспекторов, а Царь даже во сне в очередной раз проскочил мимо справедливого возмездия.
Хохотали же вот по какому поводу. Мягков достал новый приказ об организации службы и стал рассказывать о порядке проведения скрытых проверок (раньше они назывались негласными). Яреев, которому было скучно, громко спросил:
- А предусматривает ли этот приказ скрытые проверки руководителей?
- Ты имеешь в виду полковника Хмару? - поинтересовался замполит.
- Нет, конечно. Зачем Хмару проверять, если он постоянно находится на работе и его голос в эфире звучит даже ночью. Я имею в виду нашего командира роты, который появляется только на разводах. Остальное время - никому не известно, где он находится. Может, наркотиками торгует?
Зал грохнул хохотом. Батон проорал:
- Или шпионит в пользу угандийской разведки!
Хохот в зале перерос в сумбур. Замполит ржал за компанию. Но тут в проходе возник Царь собственной персоной.
Кто-то крикнул:
- Товарищи офицеры!
Все вскочили с мест, и смех постепенно затих. Цапов, дав разрешение садиться, расположился на трибуне, нашел взглядом Яреева и сказал:
- Наркотиками я не торгую. А занимаюсь тем, что задницы ваши вытаскиваю из всякого дерьма. Смотрю, у вас тут весело. Ну-ну, продолжайте занятия...
Мягков опять принялся читать приказы и инспекторы стали водить ручками по бумаге. Царь тем временем перебирал пачку ведомостей. Он что-то выписывал на листочек, а потом заглядывал в компьютерные распечатки.
- Так, - сказал он, когда замполит наконец заткнулся. - У меня кое-что есть.
Он уперся взглядом в Яреева. Тот ему мило улыбнулся. Царь решил судьбу не испытывать и поднял Батона. Оказалось, что у Абакумова за пять рабочих дней записано в ведомости сорок нарушителей, а на самом деле их всего восемнадцать.
- Что ты можешь мне пояснить? - спросил Цапов.
- А бухих сколько оформлено? - спокойно переспросил Батон.
- Четыре, - заглянул в бумагу Цапов.
- Это много или мало за пять дней для первой смены?
- Насчет бухих хорошо. Но вот приписки...
- А сколько пьяных за эти дни оформили другие экипажи первой смены? Сказать? Скажу - ни одного на толпу! - Абакумов начал повышать голос.
- Да, в общем-то, к тебе претензий нет, присаживайся.
Царь, поняв свою ошибку, стал заниматься молодежью. И тут у него дело пошло! За последовавшие тридцать минут он заочно попересажал кучу инспекторов, в том числе и Баркасова, которого после головомойки стало трусить. Один Хрюша ничего не боялся и продолжал смотреть телевизор (правда, без звука), да Батон с Яреевым о чем-то шептались. Клейман же давно спал, уткнувшись головой в спинку переднего кресла.
Наоравшись, Царь распорядился:
- Десять минут перерыв, а потом строиться на плацу!
После того как рота построилась, Царь распорядился:
- Значит так. Второй взвод - по распорядку. А первому час даю на обед. Потом собираетесь у спортивного зала Управления в полном составе и сдаете физо. Профессиональной подготовки вам не хватает? Да, это упущение вашего командира взвода. Но сейчас за дело возьмусь я. Теперь вам хватит всего! Разойдись!
Клейман с Яреевым по домам не поехали, так как до заступления на службу оставалось меньше двух часов. Они направились в управленческую столовую. Баркасов, который был подчиненным Хайретшина, с унылым видом поплелся с ними.