в границы. Чем ревностнее они выполняли задания своего Крёстного, тем больше он им доверял. Незаметно они сами обросли прямыми связями с колумбийскими поставщиками и оптовыми распространителями из США; обзавелись собственными карманными банкирами и девелоперами в Мексике, охочими до инвестиций чёрного нала. Фуэрте не рискнул сразу же расправиться с мятежниками. Ведь за теми уже стояли вооружённые люди, офшорные счета, инфраструктура. К моменту сходки они достигли такого уровня, что с ними уже просто невозможно было не считаться. Поэтому Крёстный и пошёл в тот раз на компромисс. Конкретно Пинью он «наградил» приграничным городком Сан-Луис-Колорадо-Рио, а Монтесу достался Текате. Но он затаил зло, и месть его была ужасной. Об этом чуть позже. В любом разе, досадный случай вовсе не помешал достижению полюбовного соглашения в тот вечер. Ниже по западному побережью был создан – в качестве филиала Центрального картеля – так называемый Прибрежный картель Пиньи и Монтеса. Они всё-таки получили лицензию на автономный бизнес. За собой старший Фуэрте оставил контроль за «общаком», или же за централизованной казной общенационального нарко-консорциума, а также внешние сношения – с Колумбией, Боливией, Венесуэлой, Перу, «контрас», импортёрами из США. Подобно Карлу Пятому из династии Габсбургов, Фуэрте полагал, что уйдёт на заслуженный покой, заложив основы для векового процветания участвовавших в сходке семей. Но, разделив свою империю между этими людьми, он жестоко просчитался. Он построил пороховой склад, к которому оставалось лишь поднести спичку. Взрыв этого склада унёс и продолжает уносить десятки тысяч невинных жизней, больше чем в Афганистане и Ираке. Впрочем, нынешней большой войне предшествовали локальные стычки и битвы. Получив в ходе месяцев прослушки убедительные доказательства причастности Фуэрте к смерти агента УБН, наше руководство смогло убедить Рейгана оказать давление на Мехико. Что вы говорите, никогда не вмешиваемся в их внутренние дела? Окей, скажем так, Белый дом обстоятельно изложил свою точку зрения представителям правительства Мексики. Была проведена повторная войсковая операция, в ходе которой Фуэрте был арестован и в итоге сел в тюрьму. «Доктор» сразу же бежал из Тихуаны в Торонто – ему шепнули, что «Живчик» готовит на него покушение. Скорее всего, последний действительно уже тогда замышлял убрать «Доктора» со своего пути, ведь того и впрямь убили год спустя. Пинье и Монтесу всё это по-прежнему не нравилось. Говорят, полтонны груза для братьев Фуэрте пропало тогда на подконтрольной им территории, между Обрегоном и Тихуаной. Было ли это правдой, мы не знаем. Прибрежному картелю, как вы помните, пришлось довольствоваться Сан-Луисом и Текате при делёжке. Тогда это был абсолютно бесперспективный маршрут как с логистической, так и с коммерческой точки зрения. Что у нас с той стороны? Морена, посёлок городского типа и Юма, с населением меньше ста тысяч, где местные торговцы кокаином устраивали себе ярмарку лишь раз в год, во время фестиваля гитаристов-мариачи и бардов нарко-корридо. Завладев западным маршрутом, братья Фуэрте-младшие заманивали в свою организацию «золотую молодёжь» Тихуаны, выходцев из богатых семей с высшим образованием. Помимо выгод, которые братьям сулили связи и заступничество родителей такой молодёжи, их действительно интересовало в первую очередь их интеллектуальное развитие, порода. Все они обладали хотя бы одним, а то и двумя дипломами в области правоведения обоих государств, финансовых норм, инвестиционных механизмов, налогообложения и таможенного регулирования зоны Североамериканского соглашения о свободной торговле. Так был создан Западный картель, контролирующий основные активы Крёстного отца, его наследие. У братьев были большие планы, они отнюдь не собирались ограничиваться ролью местных царьков наркотрафика. Тем временем, как раз подоспела ужасная месть нашего злопамятного сеньора Фуэрте. В близкий круг Пиньи уже с год как внедрился некто Альманегра из Венесуэлы, женившийся на его младшей сестре. Парень не выделялся практически ничем, кроме того, что нравился бабам. Так вот, человечек этот оказался засланным, от семейства Фуэрте. Пока Пинья прятался от полиции на очередном лежбище в сонорской пустыне, Альманегра совратил его жену, уложил её в постель, а потом возьми и предложи ей бежать вместе с ним в Каракас. Та, недолго думая, согласилась. С собой они прихватили детей, наличные сбережения, драгоценности, наркотики. По пути, в Сан-Франциско, по настоянию любовника, несчастная женщина сняла со счёта Пиньи семь миллионов долларов и перевела их на счёт Альманегры. Сразу же после прибытия в Венесуэлу, Альманегра ночью задушил её подушкой, отрезал ей голову, упаковал в небольшой металлический ящик с холодильной камерой и отправил в Мексику, где его подбросили в дом Пиньи. Спустя ещё пять дней Пинье по почте была доставлена видеокассета. Альманегра заснял последние минуты жизни детей Пиньи, четырёхлетней девочки и пятилетнего мальчика. Он сбросил их с моста Конкордия, что в венесуэльском Сан-Кристобале и запечатлел их долгое падение с высоты сто пятьдесят метров в бездну от начала и до конца.